Книга Наложница генерала, приносящего мир. Книга 1, часть 2, страница 46 – Хатка Бобра

Она очень пожалела, что вышла ночью из комнаты!

— Цянь-гунцзы? — спросила Бай Юй, напрасно стараясь, чтобы голос не дрожал.

Молодой человек что-то сказал, его губы шевелились, но с них не слетал ни единый звук. Видимо, из мира инь звуки не доходили.

Мозги у Бай Юй от страха работали не очень хорошо, поэтому она только смогла снова спросить:

— Цянь-гунцзы?

Молодой человек развел руками в безнадежном жесте. Похоже было, он ее тоже не слышит.

— Зачем ты хочешь, чтобы я утопилась в колодце? — спросила Бай Юй.

— Я! — она показала на себя.

— Туда! — она показала на колодец и сделала жест сложенными ладошками, как будто ныряет рыбкой.

— Да? — она кивнула головой с вопросительным видом.

У Цяня-гунцзы отвалилась челюсть, как будто ничего более идиотского ему наблюдать еще не приходилось.

— Нет! Не надо! — замахал он руками.

— Ты утонешь! — он закатил глаза и высунул язык изо рта, типа он мертвый.

— Дура! — он выразительно постучал себя по голове.

Бай Юй была в замешательстве.

На всякий случай она еще раз сделала "рыбку" в сторону колодца и вопросительно поглядела на собеседника.

Цянь-гунцзы подался назад и растопырил руки, изобразив смысл "Мой колодец! Тебя сюда не звали!"

Тогда какого черта я здесь делаю?!

— Во цхао! — громко сказала Бай Юй.

Что она сказала, было вполне понятно по выражению ее лица, жестов даже не требовалось.

Призрак возмущенно подскочил на месте, сжал кулаки и презрительно задрал свой длинный нос!

Что, никогда не видел, как интеллигентная женщина ругается матом?!

А кто три месяца долбил мне в стены?!

Зачем ты это делал?!

Молодой хозяин Цянь смерил ее взглядом, а потом вдруг отвернул в сторону лицо, как будто ему было противно смотреть на Бай Юй, и надменно помахал на нее рукой, имея в виду "Уходи!"

Что?!

Бай Юй нахмурилась и сделала пару шагов к покойному гунцзы.

Гунцзы с неприязнью отлетел от нее.

Бай Юй — за ним.

Призрак закатил глаза и поплыл к выходу из двора. На ходу он, не оборачиваясь, поманил Бай Юй за собой.

Куда ты меня ведешь?

Ладно, пойдем…

Цянь-гунцзы с надменным видом, слегка просвечивая насквозь, проплыл через поместье в дальний двор, где были покои Бай Юй. У ее двери он остановился и показал "Иди туда!"

Ты что, издеваешься?!

Бай Юй так разозлилась, что топнула ногой и потрясла перед собой сердитыми кулачками!

Одеяло свалилось с нее на землю.

Привидение содрогнулось, отвернулось от Бай Юй и больше не хотело на нее смотреть.

Теперь что?!

Что тебе не нравится?!

Бай Юй поежилась, подобрала с земли одеяло и снова замоталась в него.

Цянь-гунцзы нехотя повернулся к ней, но все равно глаза его были уставлены в пол..

Бай Юй, кажется, догадалась.

— Тебе не нравится, что я в ночной рубашке?!

Она немножко спустила одеяло с плеч.

Призрак отвернулся.

Она накинула одеяло на плечи.

Призрак повернулся.

— Кто бы говорил, — сказала обиженная Бай Юй. — У тебя у самого трусы просвечивают.

Даже если бы покойный Цянь ее услышал, он все равно не знал, что такое трусы, так что он стоял с недовольным лицом и сохранял гордый вид поборника китайской морали.

— Ладно, — вздохнула Бай Юй. — Я сейчас.

Она зашла в комнату и тихо, чтобы не разбудить Ли Лэ, достала плотное пао из серого бархата, которое Юй Ваньсин недавно сшила для нее. Пао было с прямым краем, простое и удобное, его было легко надевать. Одевшись, Бай Юй вышла на улицу.