Книга Светлый град на холме, или Кузнец, страница 76 – Татьяна Иванько

— Что ж, пусть так. Будем мудрыми и зоркими. Начнём собирать войско.

В город потекли потоки людей. Было объявлено по всем деревням и сёлам, что служить зовём всех, кому нет тридцати, что будем кормить, и оденем, дадим оружие, что всё, что будет добыто в бою, справедливо разделим.

Много юношей пришло в Сонборг со всего Самманланда, немало и зрелых мужей шли в войско. Кое-кто имел оружие. Но требовалось больше. И заработали в кузнях, было построено ещё с десятка полтора новых. Я сам любил эту работу, ещё мальчишкой бегал в кузницу, утомившись от сидения за книгами. И под грохот кузнечных молотов не только росли мои мускулы, но и то, что я прочитывал и изучал за день, раскладывалось в моей голове по нужным полкам. Новые идеи и мысли приходили ко мне в эти часы. Так я и войну эту задумал когда-то под грохот и звон молотов и наковален.

Но тогда Сонборг ещё не стал моим и даже не был мне обещан. Но на случай, если бы Сигню не пошла бы за меня…

— …так-так, что бы ты сделал? — с улыбкой спросила Сигню, когда я рассказывал ей об этих планах.

— Я завоевал бы твой Сонборг и всё равно женился бы на тебе, — сказал я.

— Насильно бы женился? — удивилась она.

— Зачем насильно, нет, я осаждал бы тебя, уговаривал, улещал, обольщал. Пока бы ты не полюбила меня.

— Но тебе не пришлось.

— Это потому, что ты умная, мудрая правительница и знала, что лучше миром объединиться.

— Вовсе я не мудрая, просто я влюбилась в тебя, вот и всё! — засмеялась Сигню. И я подхватил её смех, подхватил и её на руки, целуя. Нет на свете конунга, да просто мужчины счастливее меня!

Мы все, я, алаи, Легостай, Гагар, все трудились не покладая рук с утра до поздней ночи, собирая отряды, группируя, выводя на учения каждый день, иногда далеко с ночёвками в поле, учились разбивать лагерь, защищать его.

Владеть любым видом оружия должны были все, потом отбирали тех, кто лучше стрелял из луков, владел мечом, дубиной и шестипёром, метал копьё, дрался с седла. И так формировались части нашей растущей армии.

В середине весны наше войско уже радовало глаз стройными рядами, ловкими воинами, весёлым блеском в глазах. А за шесть недель до Летнего Солнцеворота армия представлялась вполне готовой.

Однако случалось, что я не выходил ни к трапезе, ни на учения. И поскольку по мною же положенному закону никто не мог побеспокоить нас с Сигню, мы оставались с ней вдвоём на целые дни…

Я не устану это делать, и я знаю, каждой пядью тела моего, каждой частичкой души, что она чувствует то же. Не я делаю то, чего хочу я, мы с ней делаем это вместе, разгораясь от огня в сердцах, в телах друг друга. Кто сказал, что человек не вечен? Что не вечно? Мы вечны, когда мы вместе. Отдельно мы смертны, но не вместе…

— Мы опять не выходим из спальни до полудня… Йофурам это нельзя… — я глажу его волосы.

Он поднял голову, улыбается. Таким я вижу его только, когда мы вдвоём. Таким светлым, таким юным, с такой улыбкой…

— Йофурам можно всё и нельзя ничего, — засмеялся Сигурд, — это я с детства знаю. Но невозможно перестать быть человеком…

Я смеюсь тоже, но всё же поднимаюсь с постели.

Чёрный орёл раскинул крылья на её прекрасной спине. Такой же, как мой. Счастье ощутимо растекается во мне.

Я не искал счастья, даже не думал о нём, не знал, что оно существует до нашей с ней встречи. Но теперь я купаюсь в нём, безбрежном, как океан. И оно заполняет меня до краёв, удесятеряя силы, обостряя ум.