Книга Переселение на Марс, страница 3 – Дан Берг

— Во-первых, наставляя Адама и Хаву, не возбранил им Бог есть от дерева познания добра и зла, что произрастало в середине райского сада. Они вкушали плоды с любых ветвей по всему вертограду, не делая различий и предпочтений. Нет запрета – нет и охоты нарушать его. Так чахнет в сердце врожденная тяга к неисполнению законов, то бишь заповедей. Да и прочие дурные страсти блекнут. Вспомните, как некоторые ваши мудрецы толковали деяние земной Хавы – к похоти ведущая дорога!

Сообщение Михаэля изрядно взволновало слушателей. С немалым трудом удалось Габриэлю предотвратить преждевремнную дискуссию и вернуть слово оратору.

— Во-вторых, Бог не отверг дар марсианского Каина, а принял жертву наравне с подношением Эвеля. Посему порочные устремления души – гнев и зависть – обязанные Каину своим появлением на Земле, не привились на Марсе, как, впрочем, и межбратская вражда. А главное-то состоит в том, что не случилось убийство, и тамошние люди не знают подобного злодеяния, и не лишают друг друга жизни, и не воюют!

Если история марсианских Адама и Хавы всего лишь взбудоражила аудиторию, то сенсационное заявление о кротком Каине произвело воистину потрясающее действие. “Человек тысячелетиями не проливал крови ближнего, поколения прожили без войн! Достанет ли земного нашего воображения представить себе такое чудо?” – воскликнул изумленный Гершель. “Меня бы не убили…” – вымолвил Георгий. “Женщины не трепещут от страха, ожидая возвращения из боя своих мужчин – мужей, сынов, братьев, ибо не существует на Марсе ратоборство!” – воскликнула Малка. “Однако, когда есть свет, то и тень неизбежна…” – глубокомысленно заметил Айзик, и Габриэль внимательно поглядел на него.

— Как и предвидела проницательная Малка, мы предлагаем вашей четверке переселение на Марс! – заявил Михаэль, улучив мгновение тишины в буре громких дебатов.

— В этом предложении мы должны усматривать поощрение или наказание? – без обиняков задала вопрос Малка.

— Пожалуй, не то и не другое. Небеса продолжают исследование различных жизненных перипетий, как результат вариаций творения, – задумчиво ответил Габриэль.

— Так нам отведена роль подопытных животных? – напрямик спросил Георгий.

— О, нет, конечно, нет, мой Гиора! – взмахнув крылами горячо запротестовал ангел Михаэль, – поймите, дорогие, вы далеко не первые наши посланцы. Велико число райских жителей, обосновавшихся на Марсе.

— Рай подарил нам вечную жизнь и благоденствие. А что сулит нам марсианское будущее? Смерть и борьбу за существование? – раздался драматический голос Гершеля.

— В твоем вопросе, Гершель, заключен ответ, – сказал Михаэль, – вы, бывшие жители города Божина, мудры и дальновидны. Решая судьбу свою, вы примите во внимание две великих особенности марсианского творения вкупе с советами вашего земного и райского опыта. Замечательно сказал Айзик про свет и тень. Взвесив и сопоставив, вы сделаете ваш свободный выбор.

— Знает ли человек, чего он хочет от будущего, коли он не ведает настоящие свои желания? – задался вопросом Георгий.

— Я бы добавил, – задумчиво произнес Гершель, – что мы не умеем жить настоящим, а все торопим будущее, словно оно запаздывает.

— Переселение на Марс мы предлагаем далеко не всем нашим обитателям, – сказал Габриэль, – а лишь достойнейшим и умнейшим из них. До сих пор никто не отклонил высокой чести. Согласие не бывало легковесным, но являлось итогом углубленного размышления. Мой соратник весьма кратко сообщил вам об отличиях марсианского творения от земного. Однако, я уверен, лаконичность Михаэля не помешает вашему воображению осознать кардинальность воздействия двух названных вещей на жизнь марсиан. Предвосхищая следующий ваш вопрос, замечу, что ни один из многих-многих тысяч переселенцев не выражал желания вернуться назад в рай и благословлял день правильного выбора. На Марсе душа вновь вселится в тело, умершие молодыми возвратятся в молодость, а старики обретут здоровье и бодрость. Марсианскому долголетию все возрасты покорны.