Книга Богач Корах, страница 24 – Дан Берг

— Помни, Корах: победа твоя — мнимая, — предрек Аарон, — очень скоро и без оглядки отмежуешься от непосильного бремени. А если Господь узнает о самоуправстве твоем, Он крепко осудит и безжалостно накажет тебя и сподвижников твоих. Меня же и Моше поощрит Всевышний за то, что кровопролития не допустили и жадных до власти и золота бунтовщиков на посмешище выставили!

* * *

Корах, Датан и Авирам бросились к толпе с радостным известием: “Соплеменники! Переворот, о необходимости которого всё время говорили мы, радетели народа, свершился!” Люди встретили новость мрачными лицами: готовились внести вклад в важное дело, а обошлись без них — обидно это. Они по-простому и без затей высказали Кораху свое недовольство, но новый владыка сумел убедить подданных, что именно их вооруженное присутствие сыграло решающую роль в победе над узурпаторами.

Несколько умеривши боевой пыл, толпа, тем не менее, не угомонилась до конца. Раздались требования казнить Моше и Аарона, предать обманщиков огню или, по крайней мере, побить камнями за мучения, что учинили над народом.

Тут некоронованный принципал струсил — а вдруг Господь не одобрит казнь своих ставленников и покарает его, Кораха, да и весь народ иудейский заодно? В древности не то, что нынче — многие проблемы решались коллективными наказаниями, кои признавались эффективным средством исцеления от заблуждений.

Глава 7

Власть в стане иудеев сменилась. Назначенные Господом начальник над народом Моше и первосвященник Аарон без боя уступили место Кораху и его союзникам. Над лагерем беглецов из Египта взошло солнце новой надежды. Радость свершения полнила людские сердца.

“Вот-вот мы доберемся до Ханаана, воздух свободы наполнит наши легкие, забудем про рабский египетский труд и сладостно заживем в стране, текущей молоком и медом. В добрый час!” — радостно говорили себе и друг другу осчастливленные землепроходцы. “Верной дорогой идете, друзья!” — ободрял Корах своих подданных на сходках и вечах.

В первые недели после свержения Моше и Аарона упоительные мысли о светлом будущем кружили головы простолюдинов. Никуда не исчезнувшие бедствия стали называться временными трудностями, созидательный энтузиазм совершенно победил унылое бездействие, духовность возобладала над меркантильностью.

Прежние правители, распоряжавшиеся телами и умами людей, тихо покинули коридоры власти и незаметно ушли в тень. Не следует, однако, думать, что опальные Моше и Аарон предались отчаянию. Отнюдь! Братья объяснили себе произошедшую перемену не как необратимую катастрофу, но как случайную неудачу или, точнее, болезнь роста, которая непременно должна быть излечена, и не кем-нибудь, а ими самими.

“Я — посланец Бога, — говорил Моше брату Аарону, — и именно мне Господь доверил вести иудейское племя в Землю Обетованную. Слово Всевышнего неоспоримо и не подлежит ни обсуждению, ни, тем более, критике. Стало быть, власть вернется в мои руки. Терпение и борение — вот, что требуется от меня. За великое доверие я отплачу верностью!”

“Я, как и ты, поверенный Творца, — говорил Аарон брату Моше, — и не случайно Господь именно мне поручил привносить учение Его в души людей. Я стал первосвященником по воле Всевышнего, и посему непременно вернусь на трон. Твердость и крепость убеждений — вот и всё, что нужно мне! Нет в сердце моем места сомнению — разве можно не доверять собственной вере?”