Онлайн книга «Виноградник Навота»
|
Число их было велико и росло неуклонно, но Ахав с царской щедростью кормил смышленых юношей. К огорчению супруги-язычницы, царь усаживал во дворе дома армию книжников, и они ели и пили до сыта. Даже мясо, коего не было на празднике у крестьянина, дымилось в больших блюдах, расставленных вдоль огромного стола. Ахав сидел в своей горнице и через открытое окно рассеянно слушал беседу трапезничающей молодежи. — Наш покровитель щедр. Одаривает нас, пропитание дает! — Быстро надоедает быть щедрым! — Долгих лет ему! У щедрого богатство неисчерпаемо… — Да уж, неисчерпаемо! Говорят, двести пятьдесят два города во владении Ахава! — А я слыхал, что у него сто сорок сыновей, и у каждого по два дворца слоновой кости! — Сплетни это! Царь наш почитает слово Божье, он знаток великий! — Как-то владыка царства соседнего пригрозил Ахаву, что отберет все его богатство… — А наш-то что ответил? — Он ответил, что все готов отдать, а святую книгу Торы – не отдаст! — Не потому не отдаст, что дорога сердцу его, а потому, что не ему принадлежит! — Эльяу говорил, что Ахав настроил храмов языческих и чужим богам служил! — Ахав не виноват! Изевель наущает его! — Я слышал, она на флейте играет, а он танцует… — Она не на флейте, она на арфе играет! — Да не о том речь! — Изевель губит богатства страны, трудом землепашцев и воинов созидаемые! — Крадет? — Не крадет, а кормит дармоедов, четыреста жрецов Баала! — А я еще другое слышал, что силы мужской у Ахава мало, и Изевель, страдая… — Что вытворяет? — Говори скорей! — Никто не слышит? — Никто не слышит, говори! — Чтоб раззодорить мужа, сажает ему в колесницу… — Ну, не тяни! — Сажает двух деревянных идолов – обнаженных женщин – в развратных позах! Ахав досадливо закрыл оконный ставень. “Болтуны. При случае нажалуюсь на них Эльяу…” – подумал. Навот получает советы 1 Навот в Изреэле человек уважаемый. Любят его горожане. Землепашец. Простой, без обмана. Есть у него поле за городской стеной, и луг там же. Растит хлеб и пасет овец. Пропитание трудом добывает. А еще имеется у него виноградник. От предков достался ему. Замечательное вино получается – и себе хватает, и на продажу остается. Вот только гнездится у Навота в сердце беспокойство смутное – виноградник смежен с царским домом. Вроде, ничего дурного, но кто знает, что день родит… С тревогой в душе нет счастья полного. Говорят про Навота, мол, скуповат. Неверно это, да ведь и крестьянин же он! Нельзя труженика за расчетливость упрекать. Не берег бы скромное добро, не прикапливал – как бы сына женил? Только скупой всегда нуждается. Незачем досужие толки слушать. Раб Навота, что неоплаченный долг отрабатывает, доволен хозяином – кормит, одевает, не обижает. Истекут положенные шесть лет, и не покинет он Навота, останется в работниках. Не быть жадным – богатство, не быть расточительным – доход. В вере Навот неколебим: есть Бог один, Бог Израиля, и нет иных богов. Он не служил и не станет служить Баалу, Ашере и прочим идолам чужим. Но с Изевель, язычницей, об этом предмете говорить не будет. Вера у него в сердце, не на языке. Да и не решится простолюдин перечить царской жене. Навот обласкан пророком Эльяу: праведник среди простых людей – это опора наставника в народе. Любит Эльяу своего приверженца, всегда есть у него для Навота доброе слово, похвалит, ободрит, худого не посоветует. |