Книга Ирод, страница 5 – Дан Берг

-Может, законы отцов не гибки, – с сомнением бросил Ахиаб, – а, скорее, это вы, священники, в лоб трактуете их!

— Да разве потрафить великому Риму, владыке и защитнику нашему – не на пользу иудеям? – заметила Шуламит.

— Я просил, но не получил понимания, так хоть терпения наберитесь дослушать! – рассердился Маттафия.

— Говори, священник, виноваты мы, помешали тебе, – извинился за всех Птолемей.

— Продолжу. Жили в Иерусалиме два уважаемых законоучителя, мир праху их, наставляли молодежь. Когда занемог Ирод, подумали сии мудрецы, что ослабла власть царя, и выдался удобный случай сорвать орла с ворот храма. Подзадорили они учеников и вместе с ними разрубили языческий знак топорами.

— Варвары! – не вытерпела Шуламит.

— Угомонись! – одернул Маттафия, – а я продолжу. Братец твой, ненавистник праведников, не больно-то недужен был. Арестовал юношей и законоучителей, пытал их, но смельчаки не раскаялись. “Вы же знаете, я обязательно казню всех вас, так почему лица ваши радостны?” – спросил Ирод героев. “После смерти нас ждет большее счастье, ибо мы исполнили древний завет!” – так ответили смельчаки. Ирод обезглавил восставших, а учителей их предал огню.

— Мне жаль безрассудных недорослей! – вставил Ахиаб.

— То не безрассудные недоросли, – сердито ответил первосвященник, – а зрелые мужи, хоть и молоды они годами! Не жалость, а слава пристала великанам духа, избравшим подвижническую смерть в юности, заместо старческого угасания!

— О, Маттафия! Неужели из-за нескольких срубленных голов ты отвергаешь величие царя? – изумился Птолемей?

— Только я? – забывшись, громко вскричал первосвященник, – поколения и поколения мудрецов, а с ними иудеев простой веры, отвергнут величие Ирода, ибо ложно оно! Пепел сожженных законоучителей стучит в сердце народа!

— Ты громогласен, Маттафия, – шепнула Шуламит, – на нас гневно поглядел наследник трона.

— Шива – не место для споров. Давайте поговорим за упокой души усопшего, – примирительно сказал Ахиаб.

Глава 2

Важный пост прокуратора Иудеи – восточной провинции Римской империи – занимал Эдумей. Сына своего, молодого честолюбивого Ирода, он поставил губернатором Галилеи, одной из подвластных ему областей. С этого назначения началась государственная карьера, навсегда вошедшего в историю иудейского царя Ирода-I Великого.

Ирод. Правильно поступил отец. Хотя мог бы удостоить меня губернаторством и пораньше на два-три года – я заждался подобающей должности. Цезарь весьма почитает родителя моего, потому и предоставил ему свободу рук, в том числе и назначение губернаторов. Я полон планов. Я заставлю врагов и друзей бояться меня. Галилея – зачин мой. Выучусь мастерству власти, поднаберусь навыков и дальше зашагаю широко. Добьюсь любви Рима не как наследник Эдумея, а по праву собственных свершений. Да, свершений! К чему мне скромничать перед самим собой? Галилея взрастила племя врагов империи. Вот и прекрасно: счастливый случай проявить себя, расправившись с черной силой. Враждебные без меры и ума ко всему неиудейскому, тупицы эти позорят свой народ. Оговорился, однако: мой народ! По сто раз на дню напоминай себе, Ирод: “Ты – иудей, ты – иудей, ты – иудей!” Но кичиться сим не должно. Поговорю с отцом об этом. Кто-то в дверь стучит. Входи!