Книга Иней между нашими сердцами, страница 44 – Кира Шелухина

— Но, если она такая же, как мать, то может быть… — задумчиво пробормотала она, будто разговаривая сама с собой.

— Что? — спросил, теряя терпение.

— Подойди сюда, — велела целительница, обращаясь ко мне. — А теперь возьми ее за руку.

Когда я это сделал, Ванда накрыла ладонью наши руки и снова закрыла глаза, словно прислушиваясь к чему-то.

— Да, так и есть, — пробормотала, качая головой и все больше раздражая своим странным поведением.

— Ей поможет любовь, — добавила старуха, еще больше меня обескураживая.

— Что? — повторил, вообще уже ничего не понимая.

— Ты меня слышал, — сказала она, отходя в сторону, — ее спасет только твоя любовь.

— Что за чушь?! — выпалил я, отшатываясь от слов целительницы, словно от удара. — И я ее вовсе не люблю!

— Можешь мне не верить, — спокойно проговорила Ванда, не обращая внимания на мою реакцию, — но, если ты не откроешь свое сердце, то вскоре потеряешь жену.

С этими словами она, еще раз бросив печальный взгляд на Дарину, покинула спальню. Выйдя из ступора, в который повергла меня последняя брошенная ею фраза, я схватился за голову и упал в кресло.

— Как все прошло? — поинтересовался Крис, заглядывая в дверь.

— Это просто чушь! — повторил я. — А она — сумасшедшая старуха. Найди другую целительницу, — велел другу, который удивленно переводил взгляд с меня на жену.

— Хорошо, успокойся, дружище, я отправлюсь сейчас же, — сказал он, понимая, что объяснений от меня не добьется.

Когда Крис ушел, я подошел к окну и, вглядываясь в далекий горизонт, снова и снова прокручивал в голове то, что сказала Ванда.

— Нет, этого не может быть. Это просто бред, — пробормотал, словно пытаясь убедить самого себя.

Повернувшись, снова посмотрел на неподвижную и хрупкую фигуру девушки, еле заметную в моей большой кровати.

— Птичка, проснись, — позвал я, подходя к ней, но ни один мускул не дрогнул на прекрасном и будто застывшем лице. — Дарина, — еще раз позвал, только сейчас заметив, что ее губы начали синеть.

— Нет! — воскликнул, хватая девушку и укачивая в своих трясущихся руках, не ощущая ни дыхания, ни биения сердца. — Нет, нет, ты не можешь оставить меня! Я люблю тебя! — еще громче закричал я, словно в агонии, а мой зверь начал рваться наружу, царапаясь прямо под кожей.

И стоило признанию сорваться с губ, почувствовал, как мое сердце расширяется в груди и бьется так сильно, что готово выпрыгнуть из нее. Задохнувшись от переполняющих чувств, я вдруг услышал, как сердце жены снова забилось, словно в ответ моему, и она сделала глубокий вдох. Едва сдерживая слезы, обнял ее крепче, целуя в макушку.

— Дрейк, я не могу дышать, — тихо пробормотала девушка.

Опомнившись, я ослабил хватку, немного отстраняясь, и посмотрел на Дарину, с облегчением заметив, что ее щеки и губы порозовели, а глаза удивленно взирают на меня.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил, отводя взгляд.

— Хорошо, — ответила она, еле заметно улыбаясь.

Кивнув, я уложил девушку обратно в постель, вставая и направляясь к двери.

— Дрейк, — раздался сзади ее тихий голос, — что произошло?

— Неважно. Главное, что тебе лучше, — ответил, выходя из комнаты.

Оказавшись в коридоре, я положил руку на грудь, пытаясь унять колотящееся сердце, которое рвалось вернуться назад и никогда не отпускать из рук ту, что заставила его снова открыться. Но сейчас не мог и не хотел этого делать. Мне необходимо было все обдумать и осознать то, что произошло. С трудом взяв себя в руки, я спустился по лестнице и, приказав Руфине позаботиться о жене, выбежал во двор, где Крис как раз вскакивал на своего коня, собираясь умчаться по моему поручению.