Книга Избежать судьбы второстепенной героини, страница 368 – Канна Шорен

Служанкам и Карине стоило больших сил заставить меня подняться и пойти принять душ. Но после я просто упала на кровать и уснула беспробудным сном.

И во сне мне казалось, что кто-то гладил меня тёплой большой ладонью по голове. Невесомо так, легко, ласково. Но, наверное, мне только казалось…

Моё разочарование началось с самого утра.

Нет, меня не подняли рано и заставили куда-то идти, с кем-то встречаться или что-то делать. Напротив, я проснулась впервые за долгое время самостоятельно. За окном уже был тёплый пасмурный день, а часы на камине упорно показывали пять минут десятого. С учётом последних дней это было поздно.

Я неспешно села на кровати и потянулась, разминая затёкшие за время сна мышцы. И осознала, что во дворце как-то тихо. За последние недели я привыкла к его фоновому шуму, а теперь… тишина полнейшая. Я даже слышала, как где-то в глубине сада чирикают птицы.

В ванной я с большим удовольствием заметила главное — у меня закончились месячные. Теперь они длились не четыре, а три дня, что было вдвойне приятнее. Это значит, что во время свадьбы не будет никаких неожиданных «сюрпризов», а первую брачную ночь можно будет провести как принято.

Я вышла из ванной и даже самостоятельно оделась, когда едва слышно скрипнула дверь, и в проём высунулась голова улыбающейся Карины. Я не слышала её шаги, так что скорее всего она пробралась на цыпочках или была в мягкой обуви.

— О, ты проснулась, — едва слышно произнесла она. — А я думала уже идти тебя будить.

— Почему во дворце так тихо? — спросила я, наблюдая, как подруга входит с подносом с завтраком в комнату.

— День тишины. Сегодня тебе нельзя покидать покоев.

Я почти застонала от осознания и от того, что вспомнила эту давнюю, но редко соблюдающуюся традицию. День до свадьбы жених и невеста обязательно проводят по-отдельности. Им приписывает молиться в тишине в окружении самых близких людей и слуг. И для меня, невесты, которая всё ещё не видела своего жениха после разлуки, это было настоящей пыткой.

После завтрака меня и правда заперли в покоях. Августина, как моя личная охранница-дракониха, выступила поборницей нравов и чистоты, заявив, что меня до следующего утра никто не увидит. Что было крайне обидно. Мне в предыдущие дни не дали увидеть жениха, а теперь и вовсе не выпустят.

Единственной, кто скрашивал моё одиночество, была Карина. Но разговоры у нас не шли. Я бесилась и не хотела открывать рот, чтобы ни в коем случае не высказать что-то резкое. Мы сидели в креслах и смотрели на потрескивающий камин (уже стало довольно прохладно, поэтому его зажгли), пили чай и думали каждая о своём. В конце концов Карине это надоело в какой-то момент, и она сказала резко и огорошив меня:

— У тебя есть магический дар. Ты знала об этом?

— Что?.. — я аж опешила, удивлённо глядя на неё. — Он разве не должен проявляться в детстве?

— Должен, — она кивнула на мои слова. — У меня так и проявилось. Но у тебя запас такой маленький, что этого не случилось. Как и у Константина.

— Я могу использовать какие-то заклинания?

— Боюсь, что нет, — подруга покачала головой. — Твоего запаса хватит только на то, чтобы зажечь светильник.

— И это всё? — чуть разочарованно вздохнула я. — Тогда это почти бесполезно.

— Всё равно давай научу пользоваться!