Книга Избежать судьбы второстепенной героини, страница 309 – Канна Шорен

— Вы двое — невыносимые, — со стоном недовольства, но при этом улыбкой сказала Карина. — Иди, пиши ответ. Я отошлю его в ближайший к границе пункт почты самым быстрым курьером.

— А подарки? — чуть обиженно спросила я, всё ещё желая посмотреть на них.

— Мы с Августиной их начнём принимать. А ты приходи позже, увидишь их во всём великолепии.

Я кивнула и вернулась в комнату. Села за письменный стол и… Уставилась на пустой лист. Я не знала, что писать. Именно я не знала. Амелия умела это делать, но всё казалось мне каким-то шаблонным. А сама я… Я со стыдом вспомнила все те переписки в мессенджерах, которые вела со своим парнем или потенциальными ухажёрами. Короткие, подчас пошлые, откровенные. Хотя… Я с улыбкой закусила губу, представляя, как бы он этот месяц сходил с ума, если бы у меня была возможность отправлять ему изображения… эротического содержания. В очередной раз поймала себя на мысли о том, что скучаю по смартфонам и интернету. Я вздохнула и начала писать черновик:

'Мой самый прекрасный на свете муж,

Твоя неуклюжесть в написании писем восхитительна. И она ничуть не умоляет того, что ты пишешь искренне и от всего сердца.

Ни капли не сомневалась в такой реакции Совета. Я, конечно, воспитанница Августины, но в первую очередь «старая дева», «всего лишь дочь герцога» и «выскочка, забравшая самого желанного холостяка континента» (хотя я догадываюсь, что нужен был им всем твой трон, а не ты). И это я себя не принижаю, а говорю о реалиях того, что будут говорить обо мне при дворе. Уверена на все сто процентов. Приятно удивлена, что граф Жерон лестно обо мне отзывается. Насчёт барона Торна Карина говорила, что он скорее всего будет не против данного брака из-за древности и честности моего рода. Я теперь искренне рада, что предки вели столь честный образ жизни.

Королева-мать могла сообщить твоей матушке что угодно. Начиная от того, что могла выложить весь план моего обучения с шести до восемнадцати лет, заканчивая хвалебными дифирамбами, на которые она вряд ли, но вполне себе способна при необходимости. Теперь мне самой интересно узнать, что Августина там написала.

Встречу с твоей матерью и Викторией предвкушаю. Как и с Леонардо…'

Тут моя ручка застыла. Пятого августа у моего будущего пасынка день рождения. Ему, насколько я помнила, должно исполнится шесть лет. Имела ли я права написать ему поздравления и даже подарить что-то?.. Наверное, да. Я вообще не знала, что делать с таким серьёзным, по словам Константина, ребёнком. И решила продолжить:

'Я знаю, что у него скоро день рождения. Я вложу в конверт с этим письмом ещё один, чтобы ты или, например, Диего передали его Леонардо в день рождения. То, что там будет написано — секрет даже для тебя! Не смей открывать!

Карина не на шутку занялась моим обучением, подойдя к этому со всей ответственностью. Но вот вальс… Я надеюсь, что смогу его полюбить, когда начну танцевать его с тобой. Но пока он меня лишь тихо раздражает.

Начали приходить первые подарки к нашей свадьбе. Я их ещё не видела, но уверена, что они восхитительны. Иных быть не может, это слишком громкое событие для континента. Первая свадьба за тридцать лет в Гиране и первая свадьба между Гираном и Элиазаром. Если так разобраться, мы случайно сотворили историю.