Книга Избежать судьбы второстепенной героини, страница 130 – Канна Шорен

После моих слов Алиса крепко задумалась и даже отошла от меня. Я же достала наконец-то искомый портрет. Ныне покойные граф и графиня были помолвлены ещё до войны и только после её окончания сыграли свадьбу. На фоне разорённой страны, устроить пышное празднество не удалось, это не обошло даже королевскую свадьбу, прошедшую в том же году весной.

Дед был в военном парадном мундире, немного утратившим свой лоск и красоту, а бабушка же, молодая чопорная достаточно высокая леди с волосами цвета соломы и уставшими округлыми голубыми глазами, была одета в старомодное свадебное платье, которое когда-то явно принадлежало её матери. И для парного портрета у них была стандартная поза — она сидела на стуле, выпрямив спину, а он встал рядом.

— Алиса… — я не стала поднимать картину, лишь освободила от плена других и чуть развернула. — Это наши бабушка и дедушка в день их свадьбы.

— Ого… — задумчиво потянула девочка, разглядывая пращуров на портрете. — А почему они такие? Почему у бабушки такие глаза?

— Их свадьба прошла в тот же год, когда закончилась война, денег лишних на большой праздник или новые одежды не было, — пояснила я. — И… Если верно помню, бабушка упоминала, что работала в военном госпитале, пока дедушка воевал. Майкл, ты помнишь бабушку Гвендолин?

— Что? — он повернулся ко мне на мгновение, нахмурился и снова отвернулся, продолжая поиски. — Нет, не помню. Я же был совсем маленьким, когда она умерла.

— Да? Ах да… Тебе же только два года было…

— А ты её помнишь, Амелия? — спросила Алиса.

— Помню… Бабушка была ужасно больна, и ушла на тот свет, когда мне было пять лет… — я слегка повернулась к сестре. — У бабушки было много беременностей, но выжили только отец и тётя Мария. Это подорвало её здоровье очень сильно.

— Тётя Мария? Я её не знаю. Где она?

— Она тоже, увы, умерла. Вышла замуж по большой любви за какого-то виконта и умерла от туберкулёза незадолго до твоего рождения.

— О, отец ездил со мной на похороны. Я помню только очень бледное лицо тёти, — снова влез в разговор Майкл, недовольно фырча от тяжести картин. — Да где же она?.. Амелия, ты не видела свадебный портрет родителей?

— Видела, в самом начале стоит, — указала я на то место, где стоял ещё и портрет деда.

— Почему не сказала⁈ — возмущённо вспылил он.

— Ты и не спрашивал, — ответила со спокойной улыбкой.

Майкл достал портрет, являя его миру и нам. Они были такими, какими их запечатлела детская память Амелии. В противоположность портрету дедушки и бабушки, на этом родители улыбались и казались безумно счастливыми и влюблёнными. Стёганный праздничный мундир отца, его ровная выправка и сияющие глаза. Мама в тиаре своей семьи, ещё стройная и в восхитительном сверкающем белом платье. Эта свадьба была другая — яркая, шумная и по большой любви. Они молоды и полны сил, у них есть деньги и будущее для них и их ещё нерождённых детей. Не такие, как сейчас, загруженные бытом, проблемами и нашим воспитанием. Уверена, мама хотела бы ходить в бриллиантах и шелках, а отец — спать спокойно, не боясь коллекторов.

— Я почти не помню их такими… — произнёс Майкл. — И как дедушка мог так со всеми нами поступить? Набрал карточных и не только долгов незадолго до смерти.

— Отец сказал как-то мне, что дедушка рассчитывал с ними расплатиться через мой брак и благодаря налогам с новых земель, — на его слова я лишь покачала головой. — Но все мы внезапно смертны. И он умер раньше, чем дождался моей свадьбы.