Книга Закрытая академия. Сломанная Истинная для дракона, страница 23 – Анна Флор

Как я мог всего два года назад, будучи трезвым и в здравом уме, решить, что лишиться фамильного поместья и материальных благ, влачить жалкое существование лучше, чем сдохнуть⁈

Чейз кривит губы в страдальческой усмешке.

— Буду надеяться, что Джени права и ты не натворишь делов раньше, чем кое-что произойдет, — задумчиво проговаривает друг, смотря прямо перед собой.

— О чем ты? — напрягаюсь тут же. — Блондиночку внезапно посетило провидение?

— Если бы я мог сказать, то давно бы уже тебе сообщил, Кайн. Провидение не так работает. Если ты узнаешь раньше времени, то будущее изменится кардинально. А этого я допустить не могу. Иначе какой из меня друг? — Чейз с любопытством и каким-то озорством смотрит на меня.

— Я в Провидцев не верю, — скалюсь тут же, ощущая раздражение. — Какой толк в их даре, если они не имеют права сообщать о будущем?

Чейз откидывает голову на спинку кресла и усмехается.

— Кровью поделишься, брат? — дёргаю бровями, переводя тему, которая Фолвуду неприятна. Он из тех, кто всегда будет защищать до последнего близких. И ставить его сейчас между пульсаром и щитом нет желания.

— Сколько надо?

— Сколько не жалко, — усмехаюсь, доставая из прикроватной тумбы флакон.

— Для тебя и за тебя — хоть всю отдам. — С готовностью задирает рукав пиджака и глазами указывает на крупную вену.

Смотрю на Чейза и не понимаю, заслужил ли я вообще такого друга?

Глава 12

Айра

— Джени, прости, ты, кажется, хотела поговорить? — с ощущением, что я подвела единственную подругу, подхожу к ней после пары по Новой истории империи.

Подруга складывает в сумку перья, учебники, записи и вздрагивает.

— Нет, Айра. Уже… Это уже не актуально. Будущее слишком изменчиво, — невнятно и потерянно говорит Джени. — Прости. Теперь всё будет зависеть от того, какие вы будете принимать решения.

— Мы? — эхом отзываюсь, пропуская спускающихся к кафедре одногруппников. — О ком ты?

Джени неопределенно пожимает плечами. А я в отгадки играть не люблю. Всегда к провидцам относилась с долей скептицизма.

— Кстати, ты знаешь, что ректор — золотой дракон? — понижаю голос, подхватывая подругу под локоть, и мы выходим в коридор. Здесь уже царит суета.

— Он обыкновенный человек, Айра. Не дракон, — мягко улыбается Джени.

— Ты уверена? — И у меня неприятно сжимается в груди.

— Айра, я два года здесь учусь. Он никогда не использует магию. От него ею просто не фонит, — хмыкает Джени, перекидывая левой рукой волосы за спину. — Если бы ректор Грасс был драконорожденным, то мы бы знали точно.

— И не маг, — задумчиво резюмирую я.

Мог ли кто-то из золотых драконов запереть ректорский стол по его просьбе? Но обычные люди, даже если ты ректор, не станут запирать то, что потребуется отпереть в любой момент. Особенно если отпереть может тот, кто накладывал защиту.

— Он странный, да? — вдруг заговаривает Джени, толкая дверь в столовую.

— Немного, — эхом отзываюсь, глазами выискивая в толпе адептов Кайна.

Зачем? На этот вопрос ответа у меня нет.

— Девчонки. — Улыбчивый Виктор со скрипом двигает стул и плюхается на него. Поднос с грохотом ставит на стол. — Я взял и для вас по круассану.

Одна удивительная черта этого парня — одним своим присутствием вызывать улыбку и разряжать обстановку. Словно он в этой академии — единственный настоящий. Искренний, открытый. Само олицетворение свободы, надежды и света в конце туннеля.