Книга Закрытая академия. Сломанная Истинная для дракона, страница 123 – Анна Флор

Она облизывает губы и всматривается в меня.

— Это ведь неправда, да? Ты не сдавал моих маму и папу? Ты ведь не имеешь к этому отношения?

Я молчу. Ненавижу себя за молчание. За прошлое. За свои решения. За ту боль, что Айра испытывает каждый раз из-за меня.

«Да, великий Кайн Дарквуд… Не такой уж ты и великий?» — язвит внутренний голос, и в нем я отчётливо прослеживаю интонацию Арсаля.

— Мне жаль, — заставляю себя произнести хоть что-то, еле разомкнув челюсти.

Глава 53

Айра

Выхожу из аудитории, шатаясь. Руками беспомощно хватаюсь за стены. Ноги становятся ватными, и я в какой-то момент просто задыхаюсь. Пелена из слез, стоящая в глазах, мешает разобрать дорогу.

Хватаясь за перила лестницы, спускаюсь по ней, едва не падая со ступеней. Не помню, как оказываюсь на первом этаже.

Любимый… Истинный… И по его решению я сирота.

Где-то за спиной я слышу голос Джени. Быстрый стук ее каблуков по лестнице.

На последней ступени, когда до спасительного свежего воздуха остаётся пара шагов, она подхватывает меня под руку.

— Айра, — умоляюще произносит подруга. — Подожди.

Со стороны холла доносятся шаги и следом властный голос декана:

— Прогуливаете, адептки?

Я перевожу на него потерянный взгляд и ошарашенно смотрю на него.

Бездново пекло…

Пожалуйста, пускай всё это будет просто сном.

— Адептка Камс, вам нехорошо? — тут же меняется в лице наш декан и, подлетая к нам, придерживает меня под другой локоть.

Запоздало мотаю головой, вырывая локоть из хватки Джени.

— Я отведу вас в целителительское крыло, — строго говорит декан. — Переутомление, вероятно. На вас лица нет, адептка Камс. А вы, Джени Фолвуд, марш на пару! Что у вас сейчас?

— Алхимия, — сдавленно произносит Джени.

Алхимия…

В голове вновь прокручиваются слова Арсаля о Кайне.

Оправдание Кайна…

Воспоминание о вести о гибели моих родителей…

— Можно мне… — севшим голосом произношу я, останавливаясь, отчего вынуждаю остановиться декана.

— Да?

— Можно мне просто уйти отсюда? — перевожу потерянный взгляд на декана, словно ища в нем спасение.

Мне так необходимо сейчас оказаться как можно дальше от этого безумия. Дальше от Кайна. От Арсаля. От всех них…

Пожилой мужчина хмурится, отпускает мой локоть и спрашивает, вкладывая в голос участие:

— Айра, если вам нужно с кем-то поговорить, имейте в виду, я вас выслушаю. Не стану осуждать, не стану ругать. Но выпустить вас за пределы академии во время учебного дня я не имею права.

В горле вставший ком горечи так и норовит выплеснуться воем. Воем боли и отчаяния.

— Айра, — смягчает тон декан. — Я не имею права выдать разрешение на выход за территорию. Но я закрою глаза и сделаю вид, что не встречал вас сейчас, если вы обещаете вернуться и обещаете не наделать глупостей.

В его глазах читаются отеческая забота и сострадание. И этого хватает, чтобы слезы покатились градом.

Я не сразу понимаю, как стою, обняв декана, и просто рыдаю ему в мантию на груди. Декан, совершенно растерянный, гладит меня по голове и что-то говорит дежурно успокаивающее.

— Полно, вам, Айра… Всё наладится, — мягко произносит он.

— Простите, — отстраняюсь, отступая на шаг.

Шмыгнув носом, непослушными пальцами отпускаю края его мантии на груди.

Теперь боль и бессилие вытесняют смущение и неловкость.