Книга Академия Квинтэссенция. Игры четырех стихий, страница 41 – Мария Никулина

— Правильно! — Крикнул кто-то у меня за спиной. Я обернулась. Несколько огненных магов радостно мне замахали. — Садись к нам!

Кажется, это был Эш. Он показал на пустую парту рядом с собой. Собственно, а почему бы и нет? Как-то так повелось, что водные и огненные маги на общих парах не сидели вперемешку, а обычно занимали по половине аудитории. Но раз свои меня не принимают, то...

Я села на свободное место. В окружении огненных магов я чувствовала себя странно — как овечка в компании драконов. Обычно мне не нравится сидеть слишком близко к Аварису — все-таки я стараюсь привлекать как можно меньше его внимания, но сейчас мне довольно сложно избежать чьего бы то ни было внимания. Меня гложет странное чувство, будто что-то не так... Ну конечно! Как я могла забыть! Морти нет! Куда он пропал? Что произошло? Надо будет его разыскать после пары.

— Ну что, звезда, — сказал Эш, сидящий рядом, — какого это — быть знаменитостью?

— Ты это о чем? — Недоумевала я.

Эш ничего не ответил, лишь достал из сумки газету и протянул её мне. Я взяла её и тут же увидела себя на обложке: руки расставлены, сзади меня портниха снимает мерки, а выражение лица у меня было такое, будто я белены объелась. Да уж, не хотелось мне становиться знаменитостью… особенно в таком виде.

Самая большая надпись на обложке гласила: «Раскрыта тайная участница Игр четырёх стихий». Мне стало неловко. Я отдала газету улыбающемуся Эшу. Так и не понятно — он улыбается мне из вежливости, с издевкой или искренне?

В аудиторию вошел Эйдан с Эммой. Его подружка окинула взглядом аудиторию — видимо, искала, кого еще спихнуть с его места, но тут следом за ними зашел Аварис и хлопнул дверью, поэтому они сели на то место, которое им занял Эш. Так получилось, что они расположились параллельно моей парте, а Эйдан сел ко мне ближе всех. Он осмотрел меня равнодушно, отвел взгляд, затем снова повернулся — на сей раз удивленный.

— О, Ирен, привет! Я не сразу тебя заметил, не ожидал увидеть тут.

— Привет. Да, мои меня выгоняют.

— А ты им не рассказывала?..

— Стали бы они меня слушать.

Эйдан тяжело вздохнул.

— Мы на выходных с Аварисом нашли этих трех идиотов. Вот увидишь — им крышка.

О, приятные новости. Они греют мое сердце... Особенно сказанные таким глубоким и низким шепотом.

— Спасибо, — тихо сказала я.

Аварис начал пару, говоря громче обычного — видимо, привлекал к себе внимание. Нам пришлось отвлечься от разговора и послушать лекцию по алхимии. Но я так и не смогла сосредоточиться на том, что рисовал проректор на доске, потому что я постоянно чувствовала, как мне на макушку что-то падает. Неужели это чьи-то шутки? Я опустила голову, и на парту упала записка. И еще одна. И еще. И сразу пять! Никто никогда не отправлял мне столько...

Я подняла голову. Аварис прервался и посмотрел мне прямо в глаза:

— Белаква, я понимаю, что вы теперь звезда, но будьте добры, занимайтесь корреспонденцией вне занятий, — язвительно сказал он и вернулся к объяснению первой стадии великого делания.

Эш раскрыл одну записку и тут же её скомкал.

— Что там? — Спросила я.

— Тебе такое лучше не читать.

Я успела развернуть одну из записок. Это был просто поток ругательств, смешанных с моим именем и такими словами, как “предательница”, “позор”, “издевательство” и пожеланиями умереть на Играх самой страшной смертью.