Онлайн книга «Владелица усадьбы Карантар»
|
— Госпожа Карантар? – спросил он, оглядывая меня цепким взглядом из-под густых бровей. – Я Теодор. — Добро пожаловать, господин Теодор. Прошу в дом. Отдохнёте с дороги или сразу к делу? — Сразу к делу, – ответил он без колебаний. – Дорога не утомила, а картины ждать не любят. Я кивнула и жестом пригласила его следовать за мной. Мы направились к старой башне, где в прохладном полумраке уже ждали разложенные полотна. Теодор шёл молча, но я чувствовала его нетерпение – он буквально впитывал взглядом каждый уголок усадьбы, словно уже оценивая, что за человек здесь живёт и что за сокровища могут храниться. В башне я открыла дверь и пропустила его вперёд. Теодор вошёл, замер на пороге, обвёл взглядом ряды картин, прислонённых к стенам, и медленно выдохнул: — Ого… Теодор медленно обошёл комнату, останавливаясь перед каждым полотном. Он не прикасался к ним, только вглядывался, иногда доставая из футляра увеличительное стекло и изучая отдельные фрагменты. Тишину нарушал лишь его тихий, бормочущий голос: — Мастерская Альдрика Северного… определённо подлинник. Характерный мазок, грунт… и сигнатура именно та, что ставили в поздний период… – Он перешёл к следующей картине. – А это… Боже мой. Это же работа самого Мартина из Лисса? Нет, не может быть… но техника… посмотрите на этот свет, на эту глубину… Я стояла у входа, не мешая. Дирк, пришедший со мной, замер у двери с блокнотом наготове. Теодор провёл у картин около двух часов. К концу осмотра его руки слегка дрожали, а на лбу выступила испарина. — Госпожа Карантар, – сказал он, наконец поворачиваясь ко мне. Голос его звучал глухо, словно он не верил собственным словам. – Я видел много коллекций. Но это… это не просто старые семейные портреты. Это собрание, достойное императорского музея. — Поясните, – попросила я, сохраняя спокойствие. Он подошёл к ближайшей картине – портрету женщины в высоком головном уборе, той самой, которую я заметила в первый раз. — Это работа Мартина из Лисса. Ранний период, около 520 года по летосчислению Империи. Известно всего несколько его портретов, и этот – один из лучших. Если выставить на аукцион… – Он назвал сумму, от которой у Дирка перехватило дыхание. — А это, – он указал на пейзаж с рекой, – работа Конрада фон Айхштадта, придворного мастера императора Ричарда Великолепного. Тоже подлинник. И датировка совпадает с той, что на обороте – 532 год. Это уникальная вещь, таких пейзажей сохранились единицы. Он прошёлся вдоль стены, перечисляя: — Альдрик Северный – три работы, все подлинники, все в идеальной сохранности. Неизвестный мастер из школы Карадока Старшего, этот портрет, возможно, работа его ученика, но тоже огромная ценность. Две картины, которые я пока не могу точно атрибутировать, но явно северная школа, конец пятого века… Он остановился и перевёл дух. — Госпожа, я могу продолжать до вечера. Но суть такова: из примерно сорока картин, которые я успел бегло оценить, не меньше тридцати – безусловные подлинники известных мастеров. Остальные, возможно, работы их учеников или менее известных художников, но тоже старые и ценные. Эта коллекция собиралась столетиями. Здесь есть вещи, которые историки искусства ищут веками. Я молчала, переваривая информацию. Цифра, которую он назвал за одну картину, превышала годовой доход моего поместья. А таких картин были десятки. |