Книга Волчья страсть. Красная Шапочка по неволе, страница 13 – Ева Тайга

Если бы мне не было так плохо, я бы даже посмеялась над всем этим.

Он же растерзал — он и лечит. Может, я брежу?

После двух десятков ложек я почувствовала прилив сил и смогла заговорить внятнее:

— Что со мной было? Почему мне… Почему мне так больно?

На лице оборотня отразилась такая мука, что мне стало страшно. Он вздохнул, дрожащей рукой кладя ложку обратно в тарелку, а затем заставил себя снова взглянуть мне в лицо:

— Я проснулся рядом с тобой, весь в земле и крови. Еле нащупал твой пульс. Меня как будто к земле придавило, не сразу смог встать. Я не знал, что он так может, не знал, что я могу такое сделать. На тебе не было живого места. Сначала думал, что волк прокусил тебе руку, но нет, только поцарапал.

Мои глаза налились слезами, но сил сдержать их больше не было.

— Как же ты мог… Не вызвать врача? Как ты мог не отнести меня в больницу?

Казалось, мы оба сейчас разрыдаемся, но мужчина взял себя в руки.

— Я не мог и причина, к моему сожалению, совсем не та, что в начале. Поверь, если бы дело было только во мне — я бы отнёс тебя в город.

Я разочарованно отвернулась, готовясь выслушать очередной бред о том, что он не может отпустить меня, потому что я проболтаюсь или ещё что-то в этом роде. Но от услышанного похолодело в животе:

— Прости, что говорю тебе это. Я не мог связаться с больницей, потому что ты… В розыске. Тебя обвиняют в похищении двух девушек и хорошо, что пока только в похищении. Я боялся, что…

От боли потемнело в глазах. Если бы я могла — согнулась бы сейчас пополам. В середине груди вдруг ощутилась дыра, чёрная и ноющая.

Он добрался до них. Эта тварь сделала с Евой и Кристиной то же, что и со мной. Меня, видимо, оставили на сладкое. А теперь ещё и повесят на меня этот кошмар. Но как? Какие улики, доказательства?

Меня затрясло, Эрик в ужасе рванулся ко мне, осторожно положил руки на плечи.

— Нет, не трогай… Я не хочу! Я не могу… — я слабо зашептала, пытаясь скинуть его руки, но Эрик приподнял мой подбородок, заглядывая в глаза.

— Послушай, всё совсем не так ужасно. Они могут быть живы, есть охотник, он…

А что, если это всё-таки не волк? Вероятность слишком мала, но всё же? Что, если всё это время он спасал меня, сам не зная того…?

— Замолчи… Проваливай! — я слабо крикнула, давясь слезами. Слишком тяжело. Ноющая, тупая боль в груди стала невыносимой.

Добавила чуть тише:

— Прошу, дай мне отдохнуть… Я не готова сейчас… Я выслушаю тебя, но позже. Пожалуйста.

Мужчина слегка отстранился, посмотрел на меня внимательно и обеспокоенно. Затем протянул руку и нежно, словно мать ребёнка, погладил меня по голове своей тёплой большой ладонью.

От этого движения во мне что-то перемкнуло и я горько заплакала. Тихий плач почти мгновенно перешёл в рыдания. Эрик, не переставая, терпеливо гладил меня по голове, щекам и плечам, не решаясь подсесть ближе. Так продолжалось несколько минут, прежде чем я почувствовала, что успокаиваюсь.

От слёз стало легче. Мужчина с серьёзным видом поднёс к моему носу бумажный платочек, заглянул мне в глаза и осторожно кивнул.

Прошмыгавшись как следует, я уже самостоятельно доела бульон, закусила свежим огурцом и потребовала принести мне что-нибудь почитать.

Волк принёс целую стопку, но обложка первой же книги заставила меня хохотнуть: