Книга Наследие Десяти, страница 218 – Рия Райд

— И тогда он решил воспользоваться ситуацией в своих интересах, – с трудом сдерживая отвращение в голосе, закончил Алик. – И послал корабли уничтожить Лехардов, а вместе с ними и всю базу в надежде, что никто, как и в случае с Кериотом, не станет разбираться в случившемся…

Изнуренно отшатнувшись, Андрей впервые за долгое время посмотрел на меня, и я почувствовала, как от одного его взгляда мое сердце разорвалось на куски. Я ощущала его бессилие, отчаяние и ярость, слышала его мысли, как если бы они были мои собственные. Я хотела перестать. Я хотела отвернуться, но все мое существо против воли тянулось к нему, пытаясь забрать хотя бы часть этой боли.

— Я не хотел, – повторил Марк, задыхаясь от слез. – Я правда не думал, что все так обернется. Дядя обещал мне, что все забудут о Мельнисе. Он обещал, что никто не пострадает. – В покрасневших глазах Крамера, обращенных к Андрею, читалась мольба. – Я не знал, что ты полетишь на Мельнис, не знал, что вина падет на Адлербергов. Когда это произошло, я ничего не мог сделать, я пытался все исправить, но не мог…

Питер отвернулся, прижав покрасневшую от холода ладонь ко рту и пытаясь из последних сил сдержать эмоции, разрывающие его изнутри. Алик дрожал.

— Ты хоть понимаешь, что сотворил, Марк? – хрипло сказал он. – Ты не просто согласился на уничтожение двух миллионов человек. Ты был готов убить Марию и отправить под суд Адлербергов отвечать за ваши с дядюшкой зверства.

— У меня не было выбора… – прошептал Марк. – Леонид бы продал меня с потрохами, отнял бы последнее, что у меня осталось, – свободу и память о родителях… Я бы этого просто не вынес. У меня нет семьи. В отличие от всех вас, у меня нет родных и близких, хоть кого-то, кому бы до меня было дело и к кому бы я мог пойти! У меня нет никого, только Леонид, для которого я не более чем разменная монета!

— У тебя были мы! – сорвался Алик, и я невольно вздрогнула. Даже Андрей бросил в сторону друга изумленный взгляд. Кажется, он тоже впервые видел, как тот вышел из себя. – Мы – твоя настоящая семья!

— Говори за себя, – с отвращением процедил Питер, сплюнув под ноги. – Этот ушлепок мне не семья. Больше нет.

— Мы и есть твоя настоящая семья, – уже тише повторил Алик, посмотрев на Марка. – Но ты всегда был слишком эгоистичен, слишком сильно помешан на жалости к себе, чтобы это замечать.

Во рту появился металлический привкус. Чувствуя подступающий прилив тошноты, я едва успела прижать руку ко рту и отбежать на несколько метров перед тем, как меня вывернуло прямо на придорожную плитку.

— Все в порядке, – успела сообщить я, перед тем как желудок вновь выпихнул наружу остатки пищи. – Продолжайте, я… я со всем согласна.

Питер тихо выругался.

— Не надо. – Я предупреждающе вытянула руку, заметив, как Андрей и Алик дернулись в мою сторону. – Я почти все…

— Ты мог прийти к нам, Марк, – с горечью в голосе сказал Андрей. – Ты должен был прийти к нам. Ты должен был прийти ко мне. Я никогда не мог дать тебе всего, чего ты хотел, но я бы никогда не оставил тебя. Никогда бы не позволил Леониду сделать с тобой то, о чем ты говоришь. Узнав, что он планирует сотворить с Мельнисом, ты должен был прийти ко мне. Я бы добился заключения Леонида на Тэросе. Он бы никогда тебя больше не тронул.