Книга Пламя Десяти, страница 59 – Рия Райд

— Диспенсеры наверняка в их числе, – заключил Андрей.

— Верно, – подмигнул Адлерберг. – Мне почти пятнадцать, и до моего совершеннолетия осталось всего четыре года. Члены ложи наверняка пригласят меня, а значит, мне нужно подготовиться. Я хочу знать о них все.

Андрей подумал, что это похоже на какую-то чушь, но не стал вдаваться в подробности. Питер Адлерберг хоть и был не так прост, но явно говорил искренне. Тщеславие брало в нем верх над хитростью – вот что было важно. Андрей смекнул, что в будущем это можно будет использовать. Ему наверняка это пригодится. Так же, как наивность и простодушие Алика, страсть к авантюрам Муны и взрывная спонтанность Нейка Брея. То, что все можно обернуть в свою пользу, было единственным уроком герцога, который он охотно усвоил с первого раза.

О да, в борьбе с лиделиумом он определенно найдет способ использовать их слабости. Однажды он обыграет их всех.

Посмотрев на Питера, Андрей протянул карточку и широко улыбнулся.

— Тогда мы договорились.

Кристанская империя. Тальяс, четвертая планета Барлейской звездной системы, юрисдикция Хейзеров, 4866 год по ЕГС* (7091 год по земному летоисчислению)

Спустя 3 месяца после трагедии на Мельнисе

Слушания по делу Крамеров начались около полудня. Они транслировались по всем экранам, и, несмотря на то что база Тальяса продолжала жить своей обычной жизнью, все вокруг вдруг перестали казаться мне людьми. Взгляды всех без исключения повстанцев были прикованы к экранам. Своими чуть сдержанными и как будто механическими движениями они напоминали мне бездушных операционок. Среди них не нашлось ни одного, чье внимание не было полностью поглощено Конгрессом.

Происходившее на экранах без преувеличения можно было назвать зрелищем столетия. Заседания Галактического Конгресса никогда не проводились на глазах у всего мира. Публичные слушания по делу Крамеров были таким же исключением, как и сам суд над членами лиделиума. Последним, кто оказывался на скамье подсудимых из знати, был Константин Диспенсер, развязавший Вселенскую войну и на долгие годы потопивший Галактику в крови. На фоне него Крамеры казались олицетворением милосердия.

Галактический Конгресс представлял из себя бесконечно уходящую в глубину трибуну из пары тысяч капсул, каждую из которых занимала одна из семей лиделиума. Когда представители какой-либо династии брали слово, их капсула выдвигалась в центр трибуны и на экраны транслировалось изображение. Капсула Крамеров висела в воздухе недалеко от центра. Марк стоял рядом с Леонидом и даже не поднимал головы все время, что члены лиделиума высказывались перед судом. Полагаю, ему было стыдно, страшно и невыносимо больно. Он выглядел чудовищно бледным и бесконечно подавленным, особенно на фоне Леонида, что, задрав подбородок, оглядывал трибуну как ястреб и, кажется, был готов убить каждого, кто бросал ему вызов.

Верховный суд в Галактическом Конгрессе проходил в несколько этапов. Вначале были слушания, где члены лиделиума могли выступить в защиту или, наоборот, осуждение обвиняемого. Потом – голосование. Один голос – на одну династию лиделиума. И наконец, совет членов Верховного суда – семи представителей аристократии, что отреклись от наследия своих семей и посвятили себя служению закону. Суммарно их голоса приравнивались к голосам всего Галактического Конгресса.