Книга Пламя Десяти, страница 126 – Рия Райд

— Все, кто состоял в «Новом свете», примкнули к нему добровольно. Никто из них не был пленником Константина, включая Анну.

Если в лаборатории Константина Диспенсера хватило бы места максимум на десять подопытных, то тут при желании можно было разместить человек… сто? Двести? У Кристиана разбегались глаза от количества кресел по всему периметру. Это было похоже на самый настоящий испытательный центр.

Кристиану вдруг стало не по себе, хотя никакой реальной угрозы быть не могло. Что могло произойти? На них упадет потолок? Сожмутся стены? Их с Изабель обнаружит стража резиденции и вышвырнет вон? Кристиан боялся, сам не понимая чего.

— Кем бы ни был Константин, вряд ли он мог заставить Анну создать это, – приглушенно сказал Кристиан, обведя жестом помещение.

— Все участники «Нового света» скрывали в резиденциях подпольные лаборатории? – в пустоту уточнила Изабель. – Похоже на какую-то секту больных на голову ученых…

Кристиан активировал сенсорную панель, что возвышалась в центре зала, и их с Изабель тут же накрыл купол мерцающих голограмм.

— Любопытно… – прочистив горло, пробормотал он.

— Что?

— Многие папки из архива Константина повторяются. Точнее, практически все. Но есть и другие.

Он раскрыл одну из них и запустил первое попавшееся видео. Выбранная голограмма выплыла вперед, увеличилась в размере и стала объемной. Лаборатория на ней – та самая, в которой сейчас находились они с Изабель, – была заполнена пациентами. Камера снимала сверху, и Кристиан не заметил ни одного пустующего кресла.

— Их слишком много, – тихо заметила Изабель. – Какое отношение они все могут иметь к Десяти?

На первых кадрах испытуемые явно оставались без сознания. Видео прервалось на несколько секунд, а когда запустилось вновь, все до единого были мертвы. Они лежали, распластавшись на койках в неестественных позах, с огромными, округлившимися в ужасе зрачками и перекошенными от крика челюстями. У многих из них носом и ушами шла кровь. Она стекала по подбородку, шее, оставляла грязно-багровые разводы на койках и приземлялась большими каплями на пол.

Кристиан услышал, как участилось дыхание Изабель. Ее пальцы нервно сжались на рамке панели.

— Им всем ввели кровь Десяти?

— Не знаю, – глухо отозвался Кристиан.

После архивов Константина, с которыми ему пришлось иметь дело, увиденное не приводило его в ужас, но пугало достаточно, чтобы он даже не пытался строить из себя храбреца.

Следующее видео из архива мало чем отличалось от первого. На нем в самом начале все испытуемые были в сознании. Они извивались в креслах, плакали, возмущались и требовали их освободить. А потом картина повторилась – большинство из них были мертвы, а оставшиеся несколько человек жадно делали последние вздохи, умирая в лужах собственной крови. В отличие от предыдущих испытуемых, их конечности не были прикованы к койкам. Кристиан заметил, что большинство креплений были либо разломаны пополам, либо вырваны с корнем.

Прежде чем Изабель успела что-либо сказать, Кристиан подскочил к экрану и принялся быстро пролистывать архив дальше. Его руки дрожали, а на спине собирался холодный пот.

На третьем видео он наконец увидел Анну Понтешен и остановился. Она лежала в центральном кресле зала, прямо под камерой, и тряслась всем телом, пока рядом стоял Константин и что-то запальчиво говорил ей, сжимая руку. Девушка его не слышала. Она была на грани истерики, глядя в потолок и будто не замечая стоящего рядом Диспенсера. Ее губы беззвучно двигались, повторяя одну и ту же фразу, которую Кристиан так и не смог разобрать.