Книга Кровь Десяти, страница 65 – Рия Райд

— Все было вовсе не так, – покачала головой Варла. – Константин верил, что пытается защитить мир. Да, вы правы, тогда он уже был безумен, но когда-то… когда-то это был один из лучших людей, что я знала. – Она вздохнула и, бросив быстрый взгляд на молчаливо сидящего рядом Тиберия, наконец сделала глоток и вернула чашку на блюдце. – Я знала Константина с самого детства. Пенелопа была очень близка с семьей, со своим братом – моим отцом – и часто нас навещала. Они с Константином и детьми проводили у нас много времени. Это были счастливые годы. А потом… Все началось, когда мне было семь.

— Тогда Константин получил доступ к крови Десяти? – предположил Кристиан.

— Нет, – ответила Варла. – Тогда он впервые встретил Анну Понтешен. Ей только исполнилось девятнадцать, и она впервые вышла в свет. Лиделиум был ей очарован.

— Как и Константин, – догадался Кристиан.

— Как и Константин, – с грустной улыбкой согласилась Варла. – И даже Пенелопа. Ум и красота – редкое сочетание. А ум, красота и великодушие и вовсе уникальное. Анна была не просто одной из умнейших и прекраснейших женщин, что мне приходилось знать, она была и добра, и это покоряло всех – от детей до стариков. Тогда для меня еще оставалось загадкой, как Константин мог променять на кого-то мою дорогую Пенелопу, но теперь… теперь я все понимаю.

Когда Варла Моранди сделала очередной глоток и откинулась на спинку сиденья, ее взгляд был прикован к собственным рукам, сухим, сморщенным, лежащим на краю стола.

— Константин и Пенелопа были прекрасной парой, но Константин и Анна… в них была особая магия. Все говорили, что они были рождены друг для друга. Оба – прямые наследники Десяти. Оба – любимцы Лиделиума. Оба – ослепительные, словно не из этого мира. Все происходило очень стремительно. Об их романе стало известно через пару месяцев, а еще через пару Константин расторг брак с Пенелопой и объявил о помолвке с Анной.

— Говорили, он был ею одержим, – впервые за долгое время подал голос Тиберий Моранди. Варла отмахнулась.

— Покажите мне на того, кто не был без ума от Анны. За ней волочился даже ее кузен. Тогда, само собой, еще никто не придавал этому значения. Вениамин Нозерфилд был ее тенью, но все воспринимали это как братскую заботу, попытку защитить ее от толпы нескончаемых ухажеров. Никто и подумать не мог, какие отношения связывали их на самом деле.

— Вы встречали Вениамина тогда? – спросила Изабель. – Что о нем было известно, кроме того, что он ходил за Анной по пятам?

— Практически ничего. Никаких романов, сомнительной репутации, скверных слухов. В отличие от Анны, Вениамин был в Лиделиуме невидимкой. Всем было плевать на него, даже когда пошли первые слухи о «Новом свете».

— О «Новом свете» знали в Лиделиуме? – удивился Кристиан.

— Все, разумеется, заметили, когда Анна и Константин стали собирать вокруг себя узкий круг, но никто, само собой, не связывал это с наследием Десяти. В Лиделиуме все относились к ним как к компании друзей, закрытому клубу, куда можно было попасть только с желания Константина или Анны. Пенелопа думала так же, пока однажды Константин не поделился с ней, что связывает их далеко не только дружба.

— Он общался с Пенелопой даже после того, как ушел от нее? – уточнила Изабель.

— Да, – кивнула Варла, – они сохранили хорошие отношения, хотя, полагаю, лишь потому, что Пенелопа никогда и не переставала любить его. В конце концов, у них были общие дети. Пенелопа немало времени проводила с ними в Данлийской резиденции, а Константин нередко бывал здесь.