Онлайн книга «Училку нельзя!»
|
А потом увидела… нет, не то, как Валерочка, избегая оплодотворять партнёршу, избытки секреции прямо на коллективный портрет членов Политбюро ЦК КПСС сцеживает. Чтобы потом лениво пересчитывать букеты и гонорарные красные десятирублёвки пачечками по карманам прятать, одновременно её целуя и прощаясь. Региночка вдруг увидела в гримёрке… ах, невозможно поверить, это же… Михаил Боярский! Красивый, как в «Собаке на сене», как в «Мушкетёрах»! Небрежно здоровается с хозяином, а сам в неё взглядом так и впивается, огненным! И они даже не замечают, как Валерий удаляется, оставляя их наедине… Да-да, сейчас самого живого Боярского она лицезрит, который на неё глазом своим крайне блудно косит! И уже медленно так джинсы расстёгивает – и тут Регина кончила, да так сильно, что чуть не застонала. Обычно пальчиками она подобного эффекта не достигала, но тут явно советская эстрада помогла. Потому что видеть сползающие джинсы, под которыми сплошной Боярский, это так подействовало, что вообще… А потом Михаил Сергеевич останавливается на полпути… Там монтажный стык, наверное, потому что уже не в джинсах, и не без джинсов, а в штанах с ботфортами и плаще с крестом, мушкетёр Его Величества, мушкетёр! И уж так пошёл себя проявлять, что активнее просто некуда! И товарищи его тоже были активны, они потом подошли, но занимались другим. А именной, одной миледью, очень невезучей дамой, жертвой политических интриг… Можно сказать, что удался этот женский праздник, раз так здорово порадовали её все сегодняшние мужчины, без исключения. И этот табакур и матерщинник Палыч, из общественных низов который, и муж любимый, и Валерочка голосистый. А особенно тот дворянин французский, мелкий феодал, без собственности, но с холодным оружием. И горячим оружием тоже, всегда готовым! Кстати, с государственным заданием от самой королевы, и тоже голосистый, с пикантной хрипотцой. Значит так, арифметика не даст соврать: простонародный имел её два раза, мелкий феодал – тоже два, муж с Валерочкой – по разику. А оргазмов было, кажется, три, потому что не вспомнить, удалось ли ей добиться успеха в последний раз. Ну, когда мушкетёрили сзади, опираясь на шпагу, на глазах у живых и мёртвых, до полного подгибания ног… Но и три оргазма – это рекорд всей её жизни. Ведь и двух у неё не было никогда. В смысле, до первого появления в её жизни тех непристойных мальчиков-гостей, когда каждый и атаковал, и получил удовольствие, и доставил оное. Подсчитав, Регина уснула, немного жалея миледи (ну, та хоть умерла быстро и в обстановке затихающего оргазма, наверное, и не ощутила толком ничего лишнего) и чувствуя себя очень большой распутницей. Но раз любовники такие известные, то это заслуженное распутство, до известной степени, разумеется. И мужу не стоит ревновать, раз жене так хорошо сделали, и даже не спрашивая согласия, и вдвоём… Да, у артистов так – и вдвоём, и не спрашивая! И утром Региночка была в настроении, и мужу невзначай, сверкая своей розовенькой штучкой, что с кружевами, себя предложила. И отнюдь не была отвергнута. И снова всё хорошо прошло. Утомлённая учительница задремала, потому что на пары не надо было идти, а истомы в теле оказалось предостаточно. И потом д,Артаньян появился снова, такой душка! Чтобы очень благородно с ней проделать примерно то же, что и ночью, прямо на своём бархатном плаще. С весьма высоким комфортом, на фоне красивого французского рассвета. Друзья-мушкетёры при этом восхитительном зрелище присутствовали, но в сторонке и помалкивали, покуривая трубочки с ароматным табаком. |