Книга Клятва крови, страница 55 – Пайпер Рейн

— Здорово, кузина, чё как? – крепко обняв меня за плечо, спрашивает он.

— Привет, Джо. Неплохо.

Кузен мне нравится, но он предан Марчелло.

— Привыкаешь к жизни в кампусе?

— Всяко лучше, чем дома. – И это правда. Здесь у меня хоть какая-то свобода, плюс я знаю свое место.

Тут напротив нас садятся Марчелло и Мира. Идеально, теперь получится беспалевно вплести в разговор отца.

Несколько минут мы болтаем о том о сем, а затем я плавно и как бы ненавязчиво перевожу разговор на тему отца:

— В следующем месяце папин день рождения.

Марчелло замирает, не донеся вилку до рта, а Мира накрывает мою руку своей. Она-то думает, что я расстроена, тогда как я и сама не знаю, что чувствовать, – отношения у нас с отцом были сложные.

— Только не говори, будто тоскуешь, – с сомнением в голосе произносит Марчелло.

Мы с ним оба знаем, что отец был далеко не святой. Даже больше, он вел себя как поехавшая сволочь. Особенно с мамой.

— Вообще, нет, не тоскую, – отвечаю, пожав плечами. – Просто много думала о нем в последнее время. – Поигрываю медальоном на шее. – Мне только это от него и осталось. Странно, когда человек вот так умирает. Был, и нет его…

Чувство вины смолой выстилает мне внутренности. Противно врать своему брату. Конечно, порой – да что там, постоянно! – он жутко бесит, однако моя преданность ему безгранична. Приходится напомнить себе, что я так поступаю именно ради Марчелло. Ведь если фото всплывет, получится, что кто-то сумел обойти дона семьи Коста и развратить его сестренку, использовать ее как оружие против него же. Тогда соперники решат перейти в наступление.

Такую вину я на себя взять не готова. Я должна защитить брата.

— Так-то оно, может, и так, но нам без него лучше, – говорит тем временем Марчелло.

Бросив на него раздраженный взгляд, Мира обращается ко мне:

— Совершенно нормально, что ты вспомнила об отце накануне его дня рождения.

— А тебе отец ничего не оставил? – как можно спокойнее и невиннее интересуюсь я.

— Только кучу проблем, с которыми я теперь разбираюсь. – Сказав так, Марчелло возвращается к завтраку.

— Как странно…

— Ничего странного. Мне так и так все переходит как главе семьи. Дома́, конечно, остаются за мамой, как и все, что лежит у нее на банковских счетах, а вот дела автоматом падают на меня. Или ты думала, что папочка оставил теплое прощание? – Он мрачно смеется, затем, переглянувшись с Джо, резко умолкает. – Фиг там.

Ну вот, похоже, я и получила ответ на свой вопрос: завещал ли отец Марчелло флешку и послание. Не то чтобы братец открыто признался бы, но уж точно ответил бы нечто в духе «ничего такого, о чем тебе стоит волноваться».

Надо передать все Габриэле, однако после вчерашнего торопиться желания нет. Точно не скажу, видел ли он мое скромное представление, но боль отказа все еще жжет. Разберусь с этим делом позднее, вечером, а пока надо выкинуть Габриэле из головы и сосредоточиться на занятиях.

«Неплохая попытка», – говорю я себе, покидая аудиторию. Избавиться от мыслей о Габриэле так и не удалось, но я не сдаюсь.

Вторые пары у нас с Бьянкой разные, поэтому, поговорив немного у выхода, мы с ней расходимся в разные стороны. Когда я прохожу мимо приоткрытой двери какого-то чулана, меня вдруг хватают и втаскивают внутрь. Одной рукой закрывают рот, другой прижимают к твердой груди. Ударом ботинка захлопывают дверь и, стоит мне рвануться вперед, еще крепче тянут к себе.