Книга Порочная невинность, страница 74 – Пайпер Рейн

Я уплываю в сон в лучах послеполуденного солнца, лежа в объятиях любимого мужчины и желая остаться там навсегда.

В понедельник вечером в столовой Аврора вновь охмуряет Антонио. У меня пропадает аппетит; я впихиваю в себя немного еды, стараясь вести себя как обычно.

Мира сидит с нами и в течение всего ужина бросает на меня сочувственные взгляды. Мне от этого не легче. Антонио не ведется на приставания Авроры. Он никогда ее не поощряет, но уже тот факт, что она имеет право прикасаться к нему публично, действует на меня, как удар хлыста.

За столом нас всего четверо. Мы с Мирой пришли пораньше в надежде избежать Антонио и Авроры. Они, по всей вероятности, тоже.

Аврора почти не ест, только гоняет еду туда-сюда по тарелке. Мы сидим в тягостном молчании. Наконец, Мира начинает:

— Что с тобой, Аврора? Хочешь сбросить несколько лишних килограммов перед важным днем?

— У меня нет лишних килограммов. А вот тебе не мешало бы подумать о диете. Наша свадьба уже совсем скоро, правда, любимый?

Она берет Антонио за руку. Тот явно не в восторге, что меня немного утешает, и все равно противно смотреть, как она к нему лезет.

— Радость-то какая, – парирует Мира.

— Меня просто немного подташнивает, если хочешь знать.

Антонио замирает, и у меня появляется что-то вроде шестого чувства.

— С чего бы? – спрашиваю я.

Аврора смотрит на меня с хитрой улыбочкой.

— Вы умеете хранить секреты?

— Аврора… – говорит Антонио, вытаращив глаза.

Она наклоняется к нам и шепчет:

— Я беременна.

Пол уходит у меня из-под ног. Мне кажется, что я падаю в пропасть. Мира вскакивает с места.

— Что ты сказала?

Я приковываю взгляд к Антонио, надеясь, что он опровергнет ложь. Он отводит глаза. Желчь подступает к горлу.

— Ты слышала.

Аврора берет руку Антонио в свою и переплетает пальцы.

— Мы не ожидали, что это произойдет так быстро, но надеемся, что до свадьбы никто не узнает. Срок совсем маленький.

Она улыбается жениху, словно оба и мечтать не могли о таком счастливом сюрпризе, а его лицо не выражает никаких чувств.

Я встаю.

— Извините, только что вспомнила, что у меня есть кое-какие дела.

— Не убегай, София. Разве ты не хочешь нас поздравить?

Я вылетаю из обеденного зала под ее злорадный смех.

— София! Подожди! – звучит за моей спиной голос Миры.

Я не останавливаюсь. Прочь! Куда угодно, только подальше от этой жуткой реальности, где мужчина, которого я люблю, лгал и предавал меня несколько месяцев. Я бегу, пока не начинают гореть ноги. Каждый вдох обжигает легкие. Я останавливаюсь и сгибаюсь пополам, не в силах сдержать слезы.

Чья-то рука гладит меня по спине. Мира. Я выпрямляюсь, она заключает меня в объятия. По моим щекам текут слезы.

— Мне очень жаль, София. Бедная ты моя.

Чем крепче она меня обнимает, тем сильнее текут слезы. Я отстраняюсь и вытираю лицо:

— Не жалей. Виновато мое глупое сердце, из-за которого я оказалась в идиотском положении.

Две опередившие нас девчонки из Москва-хауса с любопытством оглядываются.

Мира обнимает меня за плечи:

— Пойдем к тебе, тут нас увидят.

Я трясу головой:

— Нет. Он будет меня там искать… если вообще будет искать.

— Тогда ко мне.

Я угрюмо киваю. Через пять минут Мира открывает дверь их с Марчелло комнаты. К счастью, там пусто.

— Наверное, пошел ужинать с ребятами, – говорит она.