Книга Проблемный игрок, страница 75 – Пайпер Рейн

Деккер качает головой.

— Твой член в этом деле не участвует, пока все не решишь.

— Но он страшно не любит оставаться в стороне, — ворчу я.

Деккер шутку не оценивает. Впрочем, ничего удивительного: он никогда не ведется на попытки уйти от серьезного разговора.

— Ладно, папочка, намек понят.

Он поднимается.

— Ты ведь не просто так позвонил мне, а не Фостеру. Помни об этом.

— Ты мой лучший друг, — отзываюсь я.

— Ты и сам прекрасно понимал, что спать с фиктивной женой-няней — паршивая затея. Просто нужно было услышать это от кого-то другого. Именно поэтому я здесь и стою. Удачи с обретением мамочки. Расскажешь, чем все закончилось.

Деккер спускается по ступеням, и в кармане вибрирует телефон.

Хедли: Эй, ты где?

Я: На крыше

Хедли: Ужасно неловко просить, но ты не против поужинать с моей мамой? Она прямо наседает — только что прислала расписание со знаком вопроса напротив сегодняшней даты

Я шумно вздыхаю. Это меньшее, что могу для нее сделать.

Я: Конечно. Сейчас спущусь

Хедли: Спасибо! Посреди ужина притворюсь, что мне нездоровится, и мы сможем уйти пораньше

Я ничего не отвечаю, допивая пиво. Мы пробудем там столько, сколько потребуется.

Я слишком сильно задолжал Хедли.

Пусть игра в любящего мужа отнимает последние силы — эти прикосновения, поцелуи напоказ... Настоящая изощренная пытка, самая мучительная прелюдия из всех, в которых когда-либо доводилось участвовать.

Мы берем такси и едем в северный пригород Чикаго, где живет мать Хедли.

Таннер пристегнут в детском автокресле, но, несмотря на то что Хедли сидит по другую сторону от меня, ее тревога заполняет весь салон. Всю дорогу не отрывает взгляда от окна, реагируя на шутки лишь слабой улыбкой, прежде чем снова отвернуться.

— Эй, — я тянусь через Таннера и дотрагиваюсь до ее руки. — Я был рожден для этого момента.

Она улыбается и кладет руку Таннеру на грудь.

— Ты даже не представляешь, какая она.

Мы сворачиваем на подъездную аллею, обсаженную деревьями с обеих сторон, и в поле зрения появляется дом. Мои подозрения подтвердились: Хедли Харгроув из богатой семьи.

Когда перед нами вырастает огромный особняк в тюдоровском стиле и машина огибает круглую подъездную дорожку, лицо Хедли заметно искажается. Дом украшен по-весеннему: вдоль ступенек, ведущих к двойным парадным дверям, расставлены цветочные горшки. Перед входом припаркованы «Ренж Ровер» и внедорожник «Мерседес».

— Уит со Слоун тоже приехали, — бормочет она себе под нос.

Хедли открывает дверь, как только водитель тормозит у дома. Я делаю то же самое и отстегиваю автокресло, чтобы достать Таннера. Поблагодарив водителя, я присоединяюсь к Хедли по другую сторону машины.

Она стоит перед домом, не сводя с него глаз. Я переплетаю свои пальцы с ее и ободряюще сжимаю, давая понять: я здесь, я на твоей стороне.

— Просто чтобы ты знал: мама не верит в подлинность нашего брака, а то, что я оттягивала встречу, ссылаясь на твой график, сделало ее еще более скептичной. Она будет придираться к каждому шагу и каждому взгляду. Не поверила в этот брак, даже если бы ты трахнул меня прямо на обеденном столе. И даже тогда просто раскритиковала бы твою технику.

— Мы оба знаем, что я получил бы твердую пятерку с плюсом, но если понадобится, готов пожертвовать собой ради команды.