Книга Проблемный игрок, страница 26 – Пайпер Рейн

— Чем планируешь завтра заняться?

Поверить не могу, что всерьез обдумываю эту затею, но, видимо, приперло меня ничуть не меньше.

Осталось меньше суток до момента, когда нужно будет явиться на тренировку. До старта сезона считанные дни, а на руках у меня полугодовалый сын, за которым нужен глаз да глаз.

— Мы собирались встретиться с братом, свести дебет с кредитом по книжному.

— А мне нужна няня.

Хедли допивает пиво и отставляет бутылку; чем больше обдумывает мое предложение, тем шире становится ее роскошная улыбка.

— То есть ты женишься на мне на год, а в ответ требуется лишь денек посидеть с ребенком?

Радуется Хедли исключительно потому, что не видит картины целиком. Терпеть не могу кого-то разочаровывать, а Хедли — тем более. Нам хорошо вместе, и она мне искренне нравится.

И дело далеко не только в постели. Мы могли бы стать лучшими друзьями; впрочем, стоит признать, задница у нее и впрямь выдающаяся.

Из груди вырывается глухой смешок.

— Нет. Но для начала сойдет.

— Ладно, только сразу предупреждаю: в детях я ни черта не смыслю.

— Ты же тетя.

— А ты дядя. И не сказать, чтобы блистал успехами, — она обводит взглядом комнату и, приподняв брови, останавливается на мне.

Живя в режиме непрерывной тревоги, я, очевидно, так и не освоил искусство уборки.

— Он же жив, разве нет?

— Ну, раз от меня требуется только сохранение жизни — где расписаться?

Присев на подлокотник и закинув ноги на диванные подушки, я подаюсь в ее сторону.

— Если окажется, что Таннер действительно мой, без помощи не обойтись.

В одиночку я это дело точно не вытяну.

— На какую сумму новый контракт? По-моему, ты в состоянии содержать целый штат нянек, — закинув ногу на ногу, Хедли глубже забирается на диван.

Уже чувствует себя как дома. Самое время вручить младенца, так ведь?

— В состоянии, конечно, но за этим потянется шлейф лишних проблем. А тебя я знаю. Тебе доверяю.

Она театрально прижимает ладонь к груди.

— Как мило. Но, если честно, в детстве я в клубе юных нянек не состояла, курсы первой помощи не проходила, да и вообще сомневаюсь, что сумею правильно надеть подгузник.

Я небрежно взмахиваю рукой в сторону пеленального столика.

— Научу.

Она склоняет голову с крайне скептическим видом.

— Истон, речь вообще-то идет о живом человеке.

— А ты говоришь о настоящем браке.

— Это другое, — качает она головой.

— Для меня брак — это серьезно.

— Так он же не по-настоящему. Мы расписываемся, но жить вместе совершенно необязательно. А потом, спустя год — бац! — не сошлись характерами, непримиримые разногласия или как там обычно говорят в суде. И вот тогда твоя следующая женитьба будет уже настоящей.

— Прямо вот так просто? — я вопросительно выгибаю бровь.

Хедли улыбается и кивает, будто окончательно решила, что план безупречен.

— А когда пронюхают журналисты? Что мы им заявим... мол, решили пожить раздельно ради социального эксперимента? Следом узнает родня. Моя необъятная, вечно сующая во все нос семейка нагрянет знакомиться и завалит вопросами, с какой стати я лишил их удовольствия погулять на свадьбе. И учти: пока мы женаты, никаких связей на стороне. Я не позволю матери думать, что та вырастила изменщика.

Хедли смеряет меня долгим взглядом.

— Знаешь, ты не перестаешь меня удивлять.