Книга Проблемный игрок, страница 14 – Пайпер Рейн

— Вполне выполнимая миссия. Любой парень за счастье сочтет повести тебя под венец.

Я невесело смеюсь.

— Ага, может, просто завалиться в клуб «Сапфир» с табличкой на шее «Возьми меня в жены»?

— Ну, если начистоту, писать надо: «Возьми меня в жены, и мы переспим». Так гораздо заманчивее. Сразу видна выгода.

Я откусываю кусочек бейгла — единственного светлого пятна в нынешней жизни.

— Уит твердит, что лавка убыточна, и, похоже, совершенно не верит, что я смогу вытащить ее из кризиса.

— Я обожаю твоего брата, но давай начистоту: в Уите нет ни капли огонька.

— Огонька?

— Ну знаешь, страсти, первобытного задора. Он похож на парня, который заводится от заполнения налоговых деклараций.

— Онор, спешу напомнить: герой твоих детских грез вообще-то не бухгалтер.

Она беспечно пожимает плечами.

— Вынеси за скобки Уита с таблицами и цифрами. Чего хочет сама Хедли?

Я продолжаю жевать, а подруга уплетает вторую половину выпечки, постанывая от удовольствия и причитая, как же ей не хватает бейглов с тех пор, как застряла в пригороде.

— Думаю, я все-таки хочу забрать магазин, — я нащупываю в сумке бабушкино письмо. — Она оставила послание, но я так и не нашла в себе сил его прочесть. Возможно, ответ кроется именно там.

Онор окидывает конверт долгим взглядом и тепло улыбается:

— Вот и ответ, — поднявшись на ноги, она добавляет: — Пойду поздороваюсь с Верой. Если понадоблюсь — я в зале, — похлопав меня по колену, подруга направляется к выходу.

Дверь закрывается, и я отодвигаю остатки завтрака, вытаскивая бабушкино письмо из сумки.

Я и так слишком долго откладывала этот момент, ненавидя мысль о том, что прочту ее самые последние слова.

Подцепив пальцем запечатанный клапан, я делаю глубокий вдох — готовая наконец узнать, почему женщина, на которую равнялась всю свою жизнь, решила привязать меня к Чикаго, независимо от того, готова я к этому или нет.

Руки дрожат, и письмо планирует мне на колени. Размашистый каллиграфический почерк бабушки оставался безупречным даже тогда, когда она писала это послание. Я снова беру его в руки, и на глаза наворачиваются слезы еще до того, как успеваю прочесть первую строчку.

Моей внучке, ловящей мечты,

Хедли, милая моя, я уверена, что сейчас ты сбита с толку, и ни капли тебя за это не виню. Можешь злиться на меня сколько душе угодно, но помни: меня больше нет в этом мире, так что твой гнев абсолютно бессмысленен. Теперь я рядом с твоим дедушкой, наслаждаюсь вечностью в полном блаженстве.

Я знаю, как сильно ты любишь «Шкатулку историй». Правда знаю, и сама люблю ее не меньше. Именно поэтому я не бросала это дело, хотя закрыть двери стоило еще много лет назад. Господи, да может, и целое десятилетие назад. Но я обожаю книги и истории, которые уносят в далекие миры, где мне никогда не побывать. Обожаю наблюдать, как книга пробуждает магию детского воображения, и все это происходит прямо здесь, в этих стенах.

Эгоистичная часть меня хочет, чтобы книжный жил и дальше. Я думаю о малышах, рожденных в мире, где их фантазию медленно, но верно крадут смартфоны и соцсети.

Мой внутренний боец не готов сдаться, а давай смотреть правде в глаза: второй лучший боец в семье Харгроув — это ты. Да-да, милая, пальма первенства у меня, смирись с этим.