Книга Подонок. Забери моё сердце, страница 57 – Дана Алексеева

— Мы разговаривали, — отвечает Гера, мрачнея с каждой секундой всё сильнее.

Он бросает в меня острый взгляд, а я в ответ поднимаю вверх два средних пальца. Получи и распишись, малыш. Без защиты я не останусь. Пусть поумерит пыл и за словами следит в следующий раз. Парни припугнут его, чтоб свалил от меня подальше.

Только вот Заславский вместо того, чтобы заткнуться, начинает огрызаться на нападки троицы, и кто-то грубо пихает его в плечо.

Герман совсем отшибленный? Их трое, он один, ума-то должно хватить не нарываться на них. Свалил бы тихонько, и всё

— Чёрт, — напуганно срывается с губ, когда Герман съезжает кулаком одному по морде. Следом ему прилетает в ответ.

На моих округленных от ужаса глазах начинается драка. Парни кучей нападают на Заславского, валят его и начинают запинывать.

— Хватит, отстаньте от него! — взвизгиваю я на панике и отвешиваю удар сумочкой по спине одного из парней. Но ему плевать.

Меня начинает колошматить от страха за Геру.

— Эй! Суки! — орёт кто-то сзади. — Пацаны, нашего мочат!

Из клуба выбегают парни — судя по всему, это знакомые Заславского, потому что они встают на его защиту и включаются в драку. В разные стороны летят маты, кулаки, брызги крови.

— Боже мой — схватившись за голову, смотрю я на уличный мордобой, не зная, куда себя деть. — Что я наделала...

Благодаря своевременной подмоге друзей Заславский поднимается с асфальта, харкает в сторону и с колена въезжает под дых противнику, который был самым смелым, а сейчас падает к нему под ноги. На добивание жертву оставляет пацанам, а сам оборачивается в мою сторону.

Цепким взглядом он вонзается в мою фигуру, обеспокоенно сжавшуюся на ветру. Зима на улице, а я в легком платьице стою. И дрожу. Но не от холода, а от страха за последствия моего необдуманного поступка.

— Блин — Неуверенно пячусь назад, когда Гера идёт ко мне.

Его глаза слишком недобро сверкают. Они жаждут наказания, а я совсем не готова к нему. Я разворачиваюсь и бегу под лихорадочное биение сердца. Шпильки отказываются увеличивать скорость, колени подкашиваются, тело трясется.

— Ах! — вылетает из легких обреченный вздох, когда мужские руки подхватывают меня в воздух. Гера закидывает меня на плечо и несет куда-то. — Не надо! Отпусти, пожалуйста! Извини! Извини!

— Раньше надо было про вежливость вспоминать, — грозно рычит он.

Я обреченно стону у него на плече и всматриваюсь вперед. Гера идёт на парковку.

— Я не поеду с тобой, меня девочки ждут! — верещу, когда мы приближаемся к БМВ.

Ничего не отвечая, он снимает с сигнализации машину и открывает пассажирскую дверь.

— Нет! Нет! — протестую я, когда Заславский запихивает меня в салон.

Он щипает меня за пинающуюся ногу и захлопывает дверь. Выйти уже не получается. В истерике стучу по стеклу и по панели.

— Бешеная, тебя успокоить? Или сама справишься? — рявкает Гера, усаживаясь за руль.

— Пошел на хрен! Открой эту чертову дверь!

Он игнорирует меня и заводит двигатель.

— Ты же пил! Я не хочу ехать с пьяным!

— Я тоже не хочу, — намекает на меня. — Но придётся потерпеть.

— Мало тебе врезали — вот что! — выпаливаю на эмоциях.

— Да что ты? — вздувает ноздри и опасно щурит глаза. — Это тебя придушить мало, детка.

Я сглатываю, когда он наклоняет корпус ко мне. Его рука ложится сзади на мою шею. Я вжимаюсь спиной в кресло и задерживаю дыхание. Мужское лицо замирает в миллиметрах от моего. Не моргая смотрю в серые глаза и мысленно каюсь. Его пальцы мягко сдавливают шею и после забираются в волосы, натягивают их от корней, заставляя запрокинуть голову. Из моего приоткрывшегося рта вылетает легкий вздох. Герман ловит его своими губами и почти сразу набрасывается поцелуем на мои