Книга Подонок. Забери моё сердце, страница 20 – Дана Алексеева

Он подмигивает мне, а я посылаю ему воздушный поцелуй.

Тренер гордо расхаживает вдоль площадки, потому что его подопечные сегодня показывают блистательную игру. Действуют слаженно, без суеты, передают четкие пасы друг другу, то и дело пробивая насквозь кольцо соперника.

— Хорош, Гера! — подбадривает тренер Заславского, который в очередной раз забивает чистый трехочковый.

— Лучший! Красавчик! Дай пять, — верещат и тянут ладони девчонки из группы поддержки.

Но парень не обращает внимания на их кокетливые улыбочки, потому что полностью сосредоточен на игре.

Второй тайм подходит к концу, а на табло 20:35 в пользу синих. Наши ликуют, тренер «красных» громко разоряется, его лысина потеет от нервов. Разборки в команде противников заглушает музыка. Чирлидерши в очаровательных коротких юбочках, топиках выходят на площадку и начинают исполнять зажигательный номер с гимнастическими трюками. Парни глазеют, присвистывают, но внимание спортсменов быстро забирает тренер.

— Так, продолжаем в том же духе. Поменяем состав на третий период.

Вспотевшие и разгоряченные мальчики кучкуются возле «главаря» и внимают его установкам. Кто-то гогочет, кто-то возмущается, кто-то встаёт с запаса и разминается.

— А где вся вода? — спрашивает Миша, заглядывая под скамейки.

Друг передает ему бутылку.

— Я сбегаю за запасами, — выступаю с инициативой. Хочу быть полезной нашей команде.

Быстро иду в раздевалку. Открываю двери, залетаю, но тут же притормаживаю. На банкетке сидит Заславский без кроссовки, втирает гель в ногу, вокруг щиколотки.

— Я за водой, — сразу обозначаю причину моего появления.

Он удостаивает меня секундным безразличным взглядом.

Беру из палета пару полторашек. Краем глаза замечаю, как Герман наматывает эластичный бинт на ногу.

— Ты играешь с травмой? — останавливаюсь возле него.

Парень молча натягивает длинный носок и обувается.

— А тренер в курсе? Это небезопасно, — хмурюсь.

— Не в первый раз. Не боюсь боли, — без эмоций чеканит Заславский и поднимается.

— И ради чего? Это глупо, — не понимаю я.

— Тебя забыл спросить, — смотрит на меня сверху холодными глазами.

Опускаю взгляд на его грудь, на синей футболке красуется номер «один».

— Ты быстрее коньки откинешь, чем признаешься в слабости, — проницательно смотрю в серые глаза.

— Ненавижу жалеть себя, — уточняет он.

— Ненавидишь быть хуже на фоне других, — поправляю я. — Хочешь быть первым несмотря ни на что.

— Я и так первый, — сверкают его глаза. Он придвигается ближе. Я не смею отступать, чтобы не выказывать неуверенность. Хотя сердце принимается усиленно толкаться в груди от его близости. — Первый, но не единственный. Если ты понимаешь, о чём я.

Он усмехается, пытаясь ввести меня в смущение. Не выйдет.

— Не понимаю, о чем ты, — отстраненно хмыкаю.

— Всё ты понимаешь. — Мужские брови дергаются вверх. — Символично, что Миша играет под вторым номером, да?

— Для тебя — возможно, — невозмутимо отвечаю я.

Дышу ровно, но ноздри подрагивают от волнения, которое проникло под кожу. Взгляд Заславского падает на мои губы, которые сразу поджимаю. Он склоняется, а я приподнимаю голову и смотрю на него широко распахнутыми глазами. Упрямо и непреклонно, типа не боюсь. Изучаем друг друга на расстоянии сантиметров, я различаю каждую мелочь на мужском привлекательном лице, он внимательно рассматривает меня, выдувая теплое щекочущее дыхание на лицо. Не могу даже моргнуть, в глазах начинает покалывать, я замечаю, как его кадык дергается. Гера приоткрывает губы и зомбирует мои.