Книга Подонок. Забери моё сердце, страница 107 – Дана Алексеева

ТЦ находится недалеко от общежития, так что мы быстро добираемся до него. Гера выгружает пакеты и поднимается со мной в комнату. В лифте мне хочется придушить его за то, что он слишком веселый.

— Чё такая злая? — смешливо интересуется. — Красная, как помидорка.

На его придурковатую улыбку я обхожусь убийственным взглядом и красноречивым молчанием.

Когда заходим в комнату, Заславский ставит пакеты на пол и разувается.

— Я тебя больше не задерживаю, — прочищаю горло.

— Я сам задерживаюсь, — закрывает задвижку на двери.

— Для чего?

— Для разборок с одной обидчивой особой.

— Я не обиделась, — хмыкнув, по-деловому встряхиваю волосами. — Просто сейчас буду занята.

Отворачиваюсь от него и прибираю со стола вещи.

— Да мне пох, — грубо отзывается Гера.

Рывком разворачивает меня и вжимает телом в край стола.

— Для меня всегда свободная, — вкрадчиво произносит.

Толкается лбом в мою упрямую головушку и плавит взглядом. Руками по обе стороны купирует ходы отступления.

— Руки убери, — стреляет глазами на ладони, которыми сдерживаю его напор.

Прикусив губу, по-прежнему сопротивляюсь. Гордо смотрю в его полыхающие глаза. Ух, как злится. Он супергорячий, между нами искрит так, что сердце экстренно наращивает обороты.

— Да срать мне на итальянский. Я пошутил, ясно? — рычит в губы.

— Ха. Ха, — изображаю смех робота. Наигранно закатываю глаза. — Очень смешная шутка. У тебя талант юмориста.

Мужская ладонь хватает меня за подбородок и останавливает кривляние.

— Ревнивая сучка, — с потаённым обожанием выдыхает Герман.

Впивается в мои губы каким-то яростным поцелуем. Словно наказывает. Усмиряет. Подчиняет. Его дерзкий толкающийся язык обжигает огнём. Тело сразу охватывает жар.

Гера легко подхватывает меня и усаживает на стол. Сам располагается между раздвинутых ног. Мнёт бедра и лезет ладонями под футболку. Я спускаю стон, когда его пальцы сжимают соски, а зубы впиваются в нижнюю губу.

— Ты единственная, кого я по-настоящему хочу и люблю. Записывай на подкорку, — опаляет горячим дыханием мою кожу, на которой сразу вскакивают сотни мурашек.

Он облюбовывает шею кусающими поцелуями, вызывая приятную мелкую дрожь во всем теле. В его жарких объятиях я становлюсь мягким податливым пластилинчиком. Обвиваю его торс ногами и целую в ответ.

Когда мужские пальцы касаются ширинки на моих джинсах, я на пару секунд включаю рассудок.

— Лера может прийти в любой момент.

— Тройничок хочешь? — дергает бровями Заславский.

Прицокнув, шлепаю его по груди за тупые шуточки.

— Если нет, то не будем терять время.

Он ловко избавляет меня от одежды и приспускает свои штаны.

Я сглатываю при виде возбужденного члена, как в первый раз. Внизу живота поджимается, когда смотрю на то, как Гера натягивает на свой внушительный агрегат презерватив.

Он заходит в меня уверенным толчком, и я с истошным вздохом падаю спиной на стол. В секунду становится так жарко, словно по венам разлили раскаленную лаву. Горю и срываю стоны. Страстно сжав бедра, Гера врывается в меня, раз за разом пронзая тысячами острых импульсов. Я задыхаюсь от удовольствия. Принимаю на максимум его член и кайфую от мужской силы. Гера попросту выбивает из меня все обидки, напоминая импульсивным сексом, кто тут "папочка".

Расшатанный стол — единственная проблема, которая останется после горячих разборок. Но это мы точно как-нибудь переживём.