Книга Давая клятвы, страница 33 – Люси Дарлинг

Я прикусываю щёку изнутри, чтобы не улыбнуться. Это было бы невежливо, да и он сейчас в ярости, хотя мне нравится, когда ради меня в нём просыпаетсяМишка. Полагаю, многое изменилось, но многое осталось прежним.

— Даже если мне хочется их уничтожить.

— Я не хочу становиться такими же несчастными и склонными к манипуляциям людьми, как они. Но также понимаю, что не могу позволить им избежать последствий за то, что они сделали. Если бы дело касалось только меня и того, как они со мной обращаются, я, вероятно, уступила бы. Но то, что они сделали с тобой и с нами, непростительно.

За эти годы я многое спускала родителям с рук, но это не может стать ещё одним таким случаем.

Теперь Блэйк — моя семья. Возможно, мои родители не защищали свою семью так, как должны были, но я свою защищу.

Блэйк

Моя девочка уступила бы. Я это знаю, и её родители тоже. Теперь я вижу, насколько сильно они злоупотребляли её добротой и использовали её против неё самой. От этого я прихожу в ещё бо̀льшую ярость. Я больше никогда не позволю им причинить ей боль. Сделаю всё, что потребуется.

Казалось бы, чем больше времени я провожу с Трули, тем сильнее должен утихать гнев внутри меня, но этого не происходит. Наоборот, это лишь ещё сильнее напоминает обо всём, чего они меня лишили.

— Блэйк, — Трули мягко улыбается и накрывает рукой мой сжатый кулак на столе. Я даже не заметил, что сжал его. — Как там говорится? Не злись, а отомсти.

— Как я вообще могу им отплатить? Если я разлучу твоих родителей на несколько лет, они, скорее всего, только обрадуются.

С её губ срывается тихий смешок. Этот сладкий звук успокаивает меня. Трули всегда умела это делать. Если день выдавался дерьмовым, я находил повод заехать к ней домой, лишь бы её увидеть. Клянусь, одно её присутствие словно бальзам для моей души.

— Как думаешь, они вообще когда-нибудь любили друг друга? — спрашивает она.

— Возможно. Этот мир способен сделать человека циничным.

Трули согласно кивает.

— Готова поспорить, отчасти они выбрали друг друга из-за своего положения и фамилий, — её рука, всё ещё лежащая поверх моего кулака, приподнимается, и она проводит по нему пальцами. — Если у нас будут дети…

— Когда, — поправляю я, и её улыбка становится шире. Сколько раз я представлял её беременной нашим ребёнком? Воображал, как она держит на руках маленькую девочку, похожую на неё? Которая будет вертеть мной как захочет, точно так же, как Трули.

— Когда, — соглашается она. — Я не хочу, чтобы они стали циничными.

Я понимающе киваю, по-настоящему вдумываясь в смысл её слов.

— Тебе достаточно лишь попросить о том, чего ты хочешь, и я с радостью тебе это дам.

— Я до сих пор пытаюсь уложить всё это в голове. Я представляла, какой будет наша жизнь, но потом решила, что этого никогда не случится, поэтому перестала о ней мечтать. А теперь, если снова допустить, что это возможно… — она умолкает.

— Это не возможность. Так ибудет.

С её губ срывается тихий смешок.

— Видишь? — Трули поднимает руку и обхватывает мою щёку. — Вот об этом я и говорю. Твоя решительность была одной из причин, по которым я решила, что ты не хочешь меня видеть. Потому что, если бы хотел, то обязательно…

Я открываю рот, чтобы ответить, но её рука скользит и накрывает мне губы.