Онлайн книга «Мое сердце переехало»
|
— Если подумать, это было очевидно, Нина. Я был дилером в этом районе, Джо — моим крупнейшим клиентом. Мы встречались через вечер на пешеходном мосту, всегда ночью. Чтобы договориться о встрече, ему достаточно было позвонить мне. Время соответствовало количеству гудков, которые он давал прозвучать, прежде чем вешать трубку. Мы никогда не разговаривали по телефону — слишком рискованно. 29 апреля он позвонил мне поздно вечером и дал прозвучать двум гудкам. Поторопись, Карим. Я чувствую, как судороги сковывают мышцы моих рук, чувствую, как влага проникает между пальцами, чувствую, как мои ладони постепенно соскальзывают. — Ладно, я и так всё это знаю. Ты торговал наркотиками, Джо курил. Когда ты подошёл к пешеходному мосту, Мая уже упала, ты сделал фото и… — Нет, Нина! Нет чего? — Нет, Нина, — повторяешь ты. — Зачем мне было иметь при себе фотоаппарат в тот вечер? Джо просто нашел спустя годы фотографию, сделанную одним из прохожих из этого района, когда спасатели уже были на месте, с хорошо заметной табличкой «Видам, - чтобы Фолетт поверила, что он вернулся. Нет, Нина, когда я прибежал, Мая еще не упала. Но я был не первым. Джо уже был там. — Джо? — Он был пьян, под кайфом. Ему удалось догнать Майю — если только она не ждала его, — но они оба стояли на мостике. И дрались. Электрический разряд пронзает моё тело. И бунт тоже. — Они дрались? Ты что, издеваешься? Джо весит сто двадцать килограммов, а Майя, наверное, едва ли пятьдесят. Мышь не будет драться с кошкой! Твои глаза затуманиваются, Карим, сначала они становятся похожими на грозовое небо — внезапно над ними опускается серый покров, покрывающий всё, — а потом слёзы начинают литься потоком. Я никогда не видела, чтобы ты плакал. — Это… это поэтому я скрывал от тебя правду, все эти годы, что я угрожал Набилю, что скрывал от вас смерть Лазаря, что позволил Фолетте преследовать Видама. Ты права, Нина, мышь не вступает в драку с кошкой. Джо был пьян, но в полном сознании, абсолютно в полном сознании. Ему нужны были деньги, это была его единственная навязчивая идея — деньги, чтобы купить те двадцать граммов травы, которые я ему приносил. Мая плакала, у неё даже не осталось сил его уговорить. Джо схватил её за руки, прижал к перилам — тем самым, у которых ты стоишь, Нина. — Ты их видел? Ты же был там. Ты… что ты сделал? Твои глаза наполняются слезами, непрерывной завесой соленой дождя. — Нина, пьяные мужики, трясущие своих жен, — это было так часто в нашем районе! Это было… это было почти нормально. Меня охватило головокружение. Я слышу шум машин в трех метрах под собой. Ожерелье Тора на моей шее весит целую тонну. — Типы, которые трясут своих жен над пропастью? — Джо был постоянным посетителем. Почти приятелем. По крайней мере, хорошим клиентом. Я был… я был на его стороне. И тут Мая посмотрела на меня. — … — Мая заметила меня через плечо Джо и вновь обрела надежду. Я был единственным свидетелем. Она умоляла меня взглядом, я слышал, как её губы несколько раз шептали: спаси меня, спаси меня. — … — А я не шелохнулся. Я просто думал, что Джо преподаёт ей урок — он так часто повторял мне, что любит её, свою обожаемую Майю. Я просто думал, что это его способ проявить к ней заботу. Мне было семнадцать лет, Нина, всего семнадцать, а потом я увидел, как ноги Майи оторвались от земли, понял, что Джо поднял её, увидел, как глаза Майи закатились, и прочитал в них абсолютную панику, Джо больше не контролировал ни себя, ни свою силу, ни свои движения. Кажется, я наконец отреагировал, сделал какое-то движение, протянул руку, но было уже слишком поздно… |