Книга Уродливая любовь, страница 67 – Ольга Которова

— Ира! – испуганным голосом бросил он и что было сил побежал к дому. Толкнул входную дверь, и та с лёгкостью открылась.

— Ира! – сначала негромко позвал Демид, всё-таки надеясь, что Ира дома, и он не хотел своим поведением напугать её. Но дом ответил ему полнейшей тишиной. В спальне, кроме собранных чемоданов, никого не было, как и в детской комнате. Ни Иры, ни Олеси. Пусто. Словно те, кто здесь жили раньше, просто куда-то вышли и скоро вернутся забрать свои чемоданы.

Демид тут же вызвал скорую помощь охраннику, который всё ещё находился в машине, полицию, начальника своей службы безопасности и не забыл позвонить Королёву. Аркадий не заставил себя долго ждать. Он приехал минут через тридцать. С разницей в несколько минут приехала реанимация, которая забрала охранника. Они не обещали ничего хорошего. Только сказали, что на теле была глубокая ножевая рана и мужчина находится в тяжёлом состоянии.

Пока он дожидался скорой и Королёва, к дому Ирины прибежали охранники из его дома, подъехала полиция и стали обходить местность, но это было уже бесполезно делать. Все камеры видеонаблюдения, находившиеся возле дома Иры и близлежащие, были выведены из строя. Демид отлично понимал, куда делась его женщина и с кого спрашивать.

Головная боль была настолько сильная, что Ира не могла даже открыть глаза, не говоря о том, чтобы встать. Тяжело дыша, она попыталась потрогать своё лицо. Приложила прохладную ладонь ко лбу и тихо застонала. В голове ни одной мысли. Глаза она всё-таки с трудом, но открыла и тут же зажмурилась от яркого солнечного света, который буквально ослепил.

— Чёрт! – зло простонала она и осторожно перевернулась на бок, поворачиваясь к солнечным лучам спиной. И, кажется, с этим перекатом на бок голова стала болеть ещё сильнее. Хотя куда уж сильнее.

Всё-таки через несколько минут жаления себя она разлепила глаза и практически перестала дышать. Ирина лежала на большой мягкой кровати в светлой комнате, обставленной явно с подачи дизайнера. Комната была настолько большой и просторной, что при желании здесь можно было устраивать представления на двадцать, а то и тридцать зрителей.

Ира осторожно приподнялась на постели, опираясь на дрожащие ладони, и села. Спина её была немного сгорблена, а плечи ссутулились. Силясь вспомнить хоть что-то, она хотела встать на ноги, но тут же снова упала на кровать. Ноги её не держали. В голове было настолько стерильно, что она даже с трудом смогла вспомнить, кто она и как её зовут. Ей снова хотелось упасть на эту безумно мягкую, удобную кровать и забыться крепким сном. И чтобы потом, когда она проснётся, не было головной боли и непонятной прострации, которая потихоньку сводила с ума. И как только она об этом подумала, то, словно по щелчку пальцев невидимого волшебника, у неё в голове тут же прокрутились вчерашние события.

Вот она разговаривает по телефону с Демидом. Тот обещает закончить пораньше и приехать к ней, а Ира, в свою очередь, пообещала дождаться его. Потом она складывает вещи в чемодан. Олеся уже спит. Ира помнит, как посмотрела на часы, которые показывали десятый час вечера. Она пошла в ванную комнату, чтобы принять душ, но стук в дверь её отвлекает, и она подходит к ней, открывает, а там охранник с букетом. Он что-то ей говорит, но сейчас его слова ускользают из сознания. Вот встала Олеся, она зовёт её, и Ира говорит, чтобы та шла спать. А когда снова оборачивается к охраннику, принёсшему цветы, к её лицу прикладывают что-то очень пахучее, отчего лёгкие сжимаются от боли, и она теряет сознание. Буквально на одно мгновение прикрыла глаза, а там, кроме темноты, мелькает тот разноцветный букет, упавший на бетонный пол.