Книга Укус смерти, страница 58 – Ольга Которова

— То есть вы еще и воскрешать умеете? — с испугом уточнил Морозов.

Ему до сих пор с трудом верилось в существование вампиров. Более того, оказывается, в его мире, в том, где он родился, они ходят среди обычных людей. За свою пока не слишком долгую работу следователем Леонид видел множество разных преступников, в том году вот встретился даже с призраком. Но вампиры… Уже перебор.

— Нет, не можем, — недовольно ответил Бархатов.

— Тогда почему он жив? А это точно он? — нахмурился Скоблев. И спохватился: — Как, кстати, его зовут?

— Авель, — тихо отозвался Каин.

— М-да, как погляжу, родители вас очень любили, — Рома хмыкнул. — Я так понимаю, если он идет войной на вас, Евгений Данилович, значит, вы его и прихлопнули?

Бархатов не ответил. Он посмотрел на сына, молча сверлящего взглядом пол и, кажется, находящегося мысленно где-то далеко, точно не в этой комнате.

— Его убил я, — спокойно сказал Адамиди.

— Та-ак, интересно. А почему он тогда мстит вам, а не брату?

— Потому что я заставил это сделать, — без заминки ответил Бархатов.

— Но ведь не было другого выхода, отец! — вскинул глаза Каин.

— Ты прав, не было, — поджал губы Евгений Данилович.

— А что он натворил-то? — тихо поинтересовался Рома. Нужно же узнать, с кем придется иметь дело. То, что Авель не простой человек, точнее, вампир он уже понял.

— Он сотворил зло, — глухо проговорил Каин.

— Обычная картина: зло сотворило зло. А конкретнее? — все не унимался Скоблев, за что получил недовольный взгляд Бархатова.

— Авель хотел доказать клану, что он от него не зависит, что вправе сам распоряжаться своей жизнью и не обязан подчиняться приказам верховных. И в один из дней уничтожил целую деревню.

Рома представил, как озлобленный вампир убивает стариков и детей, как земля покрывается кровью, и его передернуло.

— А-а-а?.. А куда в него столько влезло? — в тишине раздался голос Лени, и три пары глаз скрестились на нем. — Ну, я к тому, что это же сколько крови он тогда выпил?

— Он не пил, — возразил Бархатов. — Просто убивал. Мы тогда опоздали: Авель обезумел. Он купался в крови, словно в реке, показывая, что свободен и может делать что угодно. Его еле остановили. Единственный, кто смог ему противостоять, — брат. Каин был куда слабее, но все же оторвал голову Авелю, и того закопали в той же могиле, что и остальных убитых жителей деревни.

— Ему оторвали голову, а та снова приросла, получается? У вас части тела без проблем потом прирастают, что ли?

— Не говорите ерунды, Роман Русланович! — зло буркнул хозяин кабинета. — Сейчас мы наблюдаем последствия ритуала. У нас все знают байку, как влюбленная ведьма оживила вампира, убитого за преступление. Но точно неизвестно, правда это или нет.

— И этой ведьмой была одна из хозяек гримуара?

— Именно, — кивнул Бархатов.

— Час от часу не легче! — Рома потер ладонями лицо. — Я знаю, точнее, догадываюсь, кто оживил вашего родственничка и кто делает символы подчинения. Вероятно, и оживший братик Каина тоже в подчинении. Если, конечно, это возможно.

Вампиры непонимающе посмотрели на Рому.

Скоблев не стал тянуть. Рассказал, как они год назад ловили преступника в маленьком городке, где жил Морозов и куда Ольга приехала в отпуск к деду. О директоре детского дома, желающем излечить умирающую жену от рака и убивающем девушек, вырезая у них по органу, на его место вставляя монету с символом. О признании Масленикова, что ритуал подсказал неизвестный, сначала помогший ему, а потом пропавший. Описал и мужчину в черном балахоне, смотрящего из толпы, когда Рома уезжал в столицу. Поделился выводами, из которых следовало, что и сейчас действует этот незнакомец. И он же украл, а потом подкинул обратно фотографию Марины.