Книга Графство Дюбуа, страница 75 – Ольга Которова

Поправив свитер, она решилась, открыла дверь и осмотрела коридор. Тихо и пусто. Дом словно вымер.

Прежде чем идти на кухню, Оля подошла к соседней двери, за которой находилась спальня графини, и постучалась. Никто не ответил. Девушка приложила ухо к двери и неожиданно услышала протяжный стон боли. До конца не осознавая, что именно делает, Оля нажала на ручку.

В спальне графини горел только ночник, освещая пространство тусклым желтым светом. Августа лежала в кровати, укутанная в одеяло по подбородок, на голове – белоснежный чепец с рюшами по краям.

В комнате было ужасно душно. Кислый запах гниющего тела тут же защекотал ноздри, а к горлу подступил комок, не желающий сглатываться. И чем ближе Оля подходила к кровати графини, тем сильнее ощущался запах. Даже нос пришлось зажать, стараясь дышать ртом.

Но еще вчера вечером, когда она желала Августе доброй ночи, в комнате не чувствовалось никакого запаха! А сейчас пахло так, словно кто-то умер несколько недель назад, и тело стало медленно и успешно разлагаться!

Вплотную подойдя к кровати, Оля внимательно, практически не моргая, осмотрела графиню. И не узнала ее.

— Что это? – одними губами прошептала девушка, трясущейся рукой медленно стягивая одеяло со старушки.

И отшатнулась, шагнув назад.

Перед ней лежал самый настоящий труп. Причем графиня почему-то была голой, только чепец на голове, словно яркое пятно, выделялся на общем фоне.

Тело, если это можно так назвать, казалось настолько худым, а кожа настолько тонкой, что без труда проглядывались каждая косточка и венка. В некоторых местах действительно виднелись следы разложения, и именно от этого стоял такой запах. Некогда красивое лицо, практически постоянно радовавшее здоровым румянцем, теперь стало бледно-серым, через высохшие губы виднелись гнилые зубы, а щеки и глаза впали.

Олю затрясло. Не в силах пошевелиться, она безотрывно смотрела на графиню. Но ведь за один неполный день невозможна такая трансформация! Должна пройти минимум неделя, а то и больше!

Оля тут же вспомнила, сколько лет женщине, если, конечно, верить портретам.

— Августа? – позвала тихо.

Та не отзывалась. Только исхудавшая грудная клетка, медленно поднимающаяся и опускающаяся, да редкие хрипы говорили о том, что старуха жива.

— Августа? – повторила Оля, и потянулась к ней рукой. Дотронулась до плеча.

Женщина настолько резко распахнула веки, что Оля вскрикнула и отшатнулась, прикрыв рот ладонью. Затошнило еще сильнее.

— Ты-ы-ы!.. – прохрипела графиня.

Словно не слыша голоса, Оля смотрела в глаза, покрытые беловатой пленкой, как у слепых.

— Что с вами? – приглушенно спросила девушка.

Внезапно ее осенило: а вдруг это какая-то болезнь, и ею может заразиться и она? Но мысль пришлось отодвинуть на второй план, потому что за дверью послышались тяжелые шаги.

Оля быстро накрыла Августу одеялом, оправив его так, как было до ее прихода.

Шаги приближались. Меньше минуты, и в комнату кто-то зайдет и увидит ее здесь!

Девушка покрутила головой, не зная куда спрятаться. Внезапно заметила приоткрытую дверь гардеробной и, не раздумывая, рванула туда. И только замерла, как в комнату вошла Нина, а за ней и Захар.

Оля осторожно спряталась за ворохом пышных бальных платьев, на которые обратила внимание еще в первый рабочий день. Тогда наряды показались ей сказочными и безумно красивыми. И очень старыми.