Книга Слова Королей и Пророков, страница 95 – Шона Лоулес

— Однажды я был воином, но те дни уже позади.

— Получил слишком много ран?

— Нет, повидал слишком много крови.

Гилла продолжал меня изучать. Он тоже знавал сражения, но по сравнению со многими другими дублинцами ему недоставало боевого опыта.

— Значит, ты трус?

— Смерти я не боюсь, парень, – ответил я. – А вот убивать я устал. На моей совести и так слишком много смертей. Слишком много душ я отправил на тот свет. Больше, чем ты и твой клинок; куда больше, чем любой в этих чертогах. Быть может, даже больше, чем вы все, вместе взятые.

Под конец этой речи я взглянул на Ситрика. Аббат вновь воззрился на меня, беззвучно пытаясь заставить меня замолчать.

— Разве это так уж и скверно? – вопросил король. – Разве все эти души сейчас не наслаждаются вечной жизнью на небесах?

— Может, да, а может, и нет. Не мне их судить… да и не верю я, что именно мне полагалось их туда отправить.

— Как знать? – заметил Ситрик. – Быть может, это сам Господь послал тебя прибрать их души.

Я взглянул ему в глаза:

— А быть может, и сам дьявол.

— А ты что думаешь, жена? – напыщенно поинтересовался Ситрик.

— О чем? – ответила Слойне. Она на мгновение дотронулась до живота и наклонилась вперед.

— Кто же послал нам этого монаха: Господь или дьявол? Ты ведь о своем христианстве знаешь побольше моего.

Какое-то время Слойне смотрела на меня грустными глазами, стиснув челюсть.

— Господь.

Мне показалось, что королева собирается добавить что-то еще, но вместо этого она снова взялась за вышивку и повернулась к аббату:

— Как продвигается восстановление монастыря? Раньше я бродила по северному побережью и смотрела на ваш усердный труд издалека, но сейчас малыш уже слишком велик, и такие прогулки мне не под силу.

Аббат сплел пальцы рук, явно радуясь, что беседа вернулась в более цивилизованное русло.

— Строительство проходит успешно. Не хотите ли сегодня посетить наш остров? Мы бы показали вам с супругом наш новый крест. Работа над алтарем закончена.

Слойне хмуро покосилась на Ситрика.

— Нет, я останусь на берегу. Море нынче ко мне неблагосклонно.

Не теряя надежды, аббат повернулся к Ситрику в ожидании его решения.

— Я посещу монастырь, если этот монах согласится сразиться со мной на площади.

Какими же предсказуемыми были правители викингов! Спровоцировать их оказалось легче некуда. Аббат попытался что-то возразить, но его воззвания не увенчались успехом. Гилла с ухмылкой протянул мне тренировочный меч с затупленным клинком: вероятно, он радовался, что теперь был не единственным изгоем в этих чертогах. Когда мои пальцы обхватили деревянную рукоять, я услышал песнь меча – впрочем, голос стали обычно звучал куда громче.

— Господь не дозволяет мне сражаться.

— Даже если на кону обращение короля-язычника в истинную веру?

Аббат открывал и закрывал рот, пытаясь подобрать слова, способные остановить это безумие. Глядя на него, Ситрик лишь расхохотался:

— Да это же тренировочный бой. Смотри, аббат: клинки затуплены. – Ситрик подошел к нам и хлопнул брата Бекана по плечу. – Вашему пареньку наверняка будет интересно.

Аббат и молодые монахи уставились на меня с пепельно-бледными лицами, но я шагнул вперед и последовал за окружением Ситрика на площадку для боев. Франциск что-то шептал о милосердии Господнем и добром согласии, но я пообещал, что не причиню молодому королю вреда, и это его успокоило. Иногда вера в светлое будущее бывает благословением.