Онлайн книга «Сердце менестреля»
|
Смерть прана Микеле подорвала боевой дух, и в очередном боевом столкновении Дом Радужного Богомола потерпел сокрушительное поражение. Враг опрокинул их дворянскую конницу, смял аркебузиров ударом во фланг. Отчаянным рывком Рота Младших Сыновей, стоявшая в резерве, попыталась не дать врагу развить наступление, но задержала тяжелых рейтаров очень ненадолго. Жерон альт Деррен бежал вместе с остальными. На его глазах четверо товарищей по роте были изрублены в капусту. Юноше оставался нелегкий выбор – погибнуть с ними вместе или удирать. Он предпочел жизнь – кто способен осудить за это шестнадцатилетнего юношу? Неудачно попавшаяся на пути ветка хлестнула поперек лица, и острый сучок угодил в глаз. С тех пор пран Жерон носил повязку. Но это нисколько не повлияло на его отношения с прекрасным полом. Правильные, благородные черты лица, каштановые волосы, тронутые после сорока серебряной изморозью, остроконечная бородка и навощенные кончики усов сделали из кондотьера записного сердцееда. Войдя в шатер, он окинул помощников строгим взглядом. Лейтенант Пьетро церемонно поклонился: — Капитан… — Вольно. Расслабляйтесь. Хотя что-то мне подсказывает, не сильно-то вы и напрягались. — Как можно, капитан! Часовые выставлены, старшие караульные получили строгие указания. Фуража для лошадей хватает, солдаты накормлены. Изучаем диспозицию. – Пьетро кивнул на оставшихся лейтенантов. – Благородный пран Толбо альт Кузанн прорабатывает сочинение знаменитого полководца Ильхама Лоддского. После я его опрошу со всей строгостью по прочитанному. — Да? – Альт Деррен в два шага поравнялся со знаменщиком. Заглянул в книгу. – Ты гляди… Даже держит не вверх ногами. О чем пишет Ильхам Лоддский? — В настоящий момент я читаю главу, посвященную сражению при броде в Харадаре. При почти трехкратном численном преимуществе трагерской армии Ильхам Лоддский поставил на правом крыле роту наемников из Кринта, а необученных и слабых духом лоддских ополченцев – в центр и на левый фланг. Дворянская конница находилась в резерве в четверти лиги от брода. Когда роты пикинеров Трагеры переправились через реку и увязли в бою, они смяли нестройные порядки… — Довольно! – крякнул кондотьер. – Вижу, что читал. А вы, почтенные праны, какую карту изучаете? — Северных земель Вирулии. — Да? Это еще зачем? — Ну, не знаю, – развел руками Пьетро. – Надо же что-то изучать, а то закиснем. — Полагаю, капитан, Вирулия интересна с точки зрения преодоления водных преград в пограничных фрегезиях, – вмешался лейтенант Марцель. – Любопытно расположение фортов королевской армии и замков, оседлавших ряд перевалов в горах Кольд… — Довольно, – прервал его пран Жерон. – Убедил. — Рад стараться. — Я так и думал. А сейчас можете убирать карты. — Убирать? — Да. Убирать карты Вирулии… — И доставать?.. — Карты Аркайла. — Капитан? — Я больше десяти лет как капитан… Сейчас все объясню. – Он повысил голос. – Прошу вас, баронесса! В шатер вошли трое. Женщина в шелковом темно-синем плаще с капюшоном, скрывавшем лицо. С нею два прана. Один уже седой, явно старше пятидесяти лет, в черном камзоле, застегнутом под горло, со шпагой на украшенной золотом перевязи. Второй – юнец, лет пятнадцати или шестнадцати, светловолосый с едва-едва пробивающейся бородкой. |