Онлайн книга «Маг-хранитель»
|
Во двор шахты, носящей имя известного учёного первой половины двадцатого века, крупнейшего специалиста по газовой динамике угольных массивов, они подъехали затемно. Предъявляли спецпропуска трижды – ополченцам не блок-посте, шахтным сторожам и непосредственной охране подъёмника. После этого Жорж, отдав последние инструкции Вике и Денису и устроив превентивный разнос своим сотрудникам, попрощался. Всё равно кабинка лифта вмещала только четверых с грузом. После трёх пересадок лифт-клеть, опускавшийся с каждым разом глубже и глубже, высадил путешественников в капитальном квершлаге. Отсюда начался их путь в недра Донбасса. Было время, когда профессия шахтёра казалась Денису романтичной. Как там у Владимира Высоцкого, которого иногда с удовольствием слушал папа? «Мы топливо отнимем у чертей. Свои котлы топить им будет нечем…» Он даже хотел пойти учиться по горному профилю – маркшейдер или шахтостроитель… К счастью, передумал, поскольку сейчас, осознавая сколько же тысяч тонн камня находится над головой, чувствовал себя, мягко говоря, подавленно. Не приведи, Господь, такое каждую рабочую смену. Выработка, закреплённая набрызг-бетоном, усиленным анкерами, нечасто, но всё же освещалась аварийными багровыми лампами, которые навевали мысли о фильмах ужасов и зомби-апокалипсисе. Зато пол ровный и сверху не каплет. Через полчаса квершлаг сменился круто наклонным ходком. Или бремсбергом[57]. Тут бы спросить у Вальдемара Карловича. Он, всё-таки, горный штейгер, хоть и почётный. Крепь стала деревянной, но видно было, что за ней ухаживают – следят, чтобы брёвна и доски не гнили, заменяют обветшалые. Вниз спускались больше часа. Денис вначале с любопытством глядел по сторонам. Он слышал, что в шахтах всегда много крыс, и удивился, не встретив ни одной. Артём, назначенный Водопольевым страшим сопровождения, пояснил, что крысы не живут там, где нет еды. Следовательно, стараются не уходить далеко от очистных забоев, где работают шахтёры с тормозками[58]. Скоро горные выработки стали неухоженными. Чувствовалось, что люди здесь бывают крайне редко. Приходилось преодолевать препятствия в виде упавших поперёк дороги стоек или обрушившейся кровли. К счастью, груды камня не перегораживали путь полностью. Дважды сползали вниз по деревянным вертикальным лестницам. «На глазок» Денису казалось, что он спускается с крыши девятиэтажки. Теперь темноту рассеивали только лампы, закреплённые на касках. Воздух стал горячим и влажным, как в бане. Лямки рюкзаков резали плечи. Оружие оттягивало пояса. Звук шагов разносился по подземелью, возвращаясь гулким эхом. Там, где заканчивались изъеденные плесенью венцы и гнилые горбыли, Артём разрешил посидеть, отдохнуть. Заодно попили воды из фляг, съели по куску чёрного хлеба с салом. Никогда ещё самая простая еда не казалась Денису такой вкусной. Хотелось ещё, но он понимал, что запасы нужно растягивать. — Дальше карсты, – сказал Артём. – Идти будет тяжелее. Подземные воды промывают себе ходы в горной породе. — В камне? – удивился Денис. — Он тут не слишком крепкий. Известняк и глинистый сланец. И промывает, конечно, не за месяц. Когда вода течёт по какой-то трещине несколько тысяч лет, то возникают ходы. — Такие все умные, – прищурилась Вика. – Череп никому не жмёт? |