Книга Маг-хранитель, страница 109 – Владислав Русанов

Кстати, о тёмных. К ним Анна по умолчанию относила так называемую нечисть, привычную по фильмам ужасов.

Некроманты. К счастью, в Донецке таких не было вовсе.

Вампиры. Эти присутствовали понемногу. С ними даже мирились, пока кровососы не начинали безобразничать свыше меры. Вампиры могут пить кровь из необходимости – для поддержания своих сил. В этом случае они нападают на людей редко, пьют по чуть-чуть. Иногда можно находить постоянных «доноров», изъявивших желание за небольшую плату, поставлять кровь не-живым. Но бывает, что вампиры пытаются стать выше рангом. То ли в следствие внутриклановой борьбы, то ли просто из-за непомерно раздутых личных амбиций. Тогда они нападают часто и высасывают жертв «досуха». Только так могут они получить избыточную силу. Такие случаи, как правило, выявлялись Советом магов-хранителей и жёстко пресекались. Серебряная пули, кол в сердце, отрубленная голова. Или ещё как-то… Октябрина Борисовна, например, очень любила расправляться с кровососами мощным ментальным ударом, от которого черепные коробки вампиров лопались, как воздушные шарики. После начала боевых действий Вайс объявил, что убьёт каждого встреченного в городе вампира. Они исчезли в одну ночь. Видимо, решили не проверять мага-хранителя второй категории на правдивость.

Оборотни. Их тоже относили к тёмным, но, скорее, в силу традиционности мышления. Как пояснила Анна, склонность к оборотничеству имеет генетическое происхождение и далеко не все из этой братии стоят на стороне Зла. Хотя, конечно, обычному человеку жить рядом с надевающими звериную шкуру несколько некомфортно. И это ещё мягко сказано. Денис до сих пор помнил свои ощущения от встречи с оборотнем-бомжом, хотя последний исполнял задание Совета. И это не говоря о приключении на посёлке центральной обогатительной фабрики. В силу расслоения внутри сообщества, оборотни разделились на две неравные половины. Большая часть покинула Донецк или была уничтожена, а меньшая помогала магам-хранителям, как могла. Как правило, попадая в ополчение, шли в разведку, а оставаясь в городах, выявляли диверсантов и засланных с проукраинской территории оборотней и вампиров.

К слову сказать, летом и осенью отмечалось просто нашествие западноукраинских волкодлаков, маскировавшихся под стаи бродячих собак. Бездомными псами во время войны разве кого-то удивишь? Весной и летом, спасаясь от авиаударов и артобстрелов, люди бежали, куда глаза глядят, оставляя домашних животных. Окраины Донецка, Макеевки, Горловки и других городов заполонили стаи. Кое-где они создавали нешуточную опасность для жителей, ибо собака, конечно, друг человека, но когда голодная, то часто об этом забывает. Вот тогда-то и начали проникать на территории, контролируемые ополчением диверсионные группы оборотней. Нападали на часовых, проносили в маленьких вьюках взрывчатку и патроны для глубоко внедрившихся агентов, возвращая человеческий облик, нарушали коммуникации и приводили в негодность объекты городской инфраструктуры. По слухам, командование очень хорошо им платило. Раз в десять больше, чем обычному солдату-контрактнику. Но и требовало больше. Простые сельские «хлопци»^[48] из-под Львова, Ивано-Франковска, Луцка могли за полгода службы обеспечить себя и свои семьи на всю оставшуюся жизнь, если не случится какого-нибудь дефолта.