Книга Маг – хранитель Слова, страница 101 – Владислав Русанов, Вячеслав Теркулов

— Так вот… – Аделина стояла над паучьим телом. – Нас выследили. Каким способом, пока не могу сказать. Слуги Гагтунгра бывают очень сильны, очень хитры и весьма сведущи в магии. Как, например, это арахноцефал. Но он не вошёл бы, если бы вы не начали раскрывать окна, нарушив защитный контур из моих заклинаний.

— Это всё он! – одновременно воскликнули Квентин и Ансельм, указывая на Теодора.

— Удары в спину чаще всего наносят те, кого защищаешь грудью, – покачал головой кот.

— Оставь высокопарные фразы на потом. Арахноцефалы развились в цивилизацию в одном из слоёв брамфатуры, который очень сильно подвержен влиянию демонических сил. Он давно под властью Гагтунгра. Сами по себе арахноцефалы не несут предначального зла, но веками их воспитание лежало в плоскости служения великому демону Шаданакара. У них очень сильно развиты ментальные способности. Воздействовать на разум другого существа и заставить его увидеть то, чего на самом деле нет. Да вы и сами это почувствовали.

— А швырял он нас по комнате какой силой? – спросил Квентин. – Тоже воздействием на разум?

— Почти. Я понимаю, что слова «телепатия» и «телекинез» вам ни о чём не говорят. Просто примите как данность. Вас пытались убить при помощи этих способностей.

— Осталось ответить на самый важный вопрос. – Квентин подобрал шпагу. – Зачем арахноцефалу книга сонетов, написанных Ансельмом?

— Арехноцефалу она не нужна, – ответила Аделина. – Уверена, им вообще наплевать, что творится в вашем слое реальности. Их речевой аппарат не приспособлен для общения с людьми. Письменность у них своя – иероглифическая. Не знаю, есть ли у них книги…

— С переплётом он справился отлично, – пропищал Афаро. – Чувствуется рука мастера.

— Значит, книги есть.

— Мы отклонились от ответа на вопрос, – напомнил Квентин.

— Согласна. Отклонились. – Аделина подошла к мёртвому арахноцефалу, поводила над ним рукой. Тушка растаяла в воздухе, не оставив и следа. Думаю, книга нужна одному из высших адептов Гагтунгра. Тут можно перечислять много имён. Баал, Агарес, Аамон, Барбатос, Моракс, Набериус, Асмодей, Мархосиас… Кто именно противостоит нам, я не знаю.

— А зачем противостоит?

— Тут ответ очень простой. Чтобы утвердить Зло. Чтобы нести смерть и разрушение. Чтобы погрузить ещё один слой брамфатуры во тьму и безвременье.

— Наш слой? – испуганно спросил Ансельм.

— Нет, не ваш. Тот, куда вы случайно попали. Он называется Энроф.

— И как это можно сделать при помощи моих стихов?

— Не при помощи ваших стихов, господин де Турье, а при помощи магии Слова. Здесь только она имеет значение.

— Книга почти высохла! – подал голос Афаро. – Что будем делать?

— Ты самый опытный переплётчик на дюжину слоёв. Ты и говори, что делать.

— Подсохнет и можно забирать…

Стены дома потряс удар, как если бы в него врезалась двадцативёсельная галера. Подпрыгнула мебель. Со стены упала картина, изображавшая пасторальную сцену. Подсвечник оказался бы на полу, не подхвати его Квентин.

— Слуги Гагтунгра так просто не отступятся, – сказала Аделина. – Хотя, возможно, это раругг.

— Ясно… – ничего ясно не было, но Квентин пожал плечами и принялся заряжать пистолет.

Ансельм высвободил шпагу, воткнувшуюся в паркет.

— Вы надеетесь отбиться при помощи этого? – приподняла бровь волшебница.