Книга Эхо Квикторн и Великое Запределье, страница 31 – Алекс Инглиш

Эхо медленно открыла тяжёлую дубовую дверь и скользнула в замок. Она прокралась так тихо, как только могла, мимо рядов доспехов, стоявших вдоль стен коридора и отражавших полированным металлом искры в небе снаружи. Вскоре Эхо уже стояла на каменных плитах у арочного входа в сторожевую башню.

Она уставилась на лестницу, которая спиралью уходила в темноту, и остановилась на нижней ступеньке. Она что, сошла с ума? Может быть. Эхо замерла, вдруг осознав безумие своей идеи. Сможет ли она управлять дирижаблем? Даже если да, сможет ли она найти профессора? Искры страха и сомнения вспыхивали внутри неё, как фейерверки снаружи. Может, стоит повернуть назад? Снаружи небо полыхнуло красным, потом голубым, затем золотым.

Эхо снова нащупала в кармане мамину шпильку, повертев её пальцами. Пусть у неё было мало шансов на успех, но она должна была хотя бы попытаться. И медлить было некогда.

Она подобрала юбки и взбежала по лестнице.

* * *

Эхо вынула из волос рубиновую заколку и открыла замок, промчалась вдоль крепостной стены к «Колибри» и откатила камни, прижимающие сдувшийся воздушный шар. Затем вскарабкалась по лестнице дирижабля и со щелчком откинула крышку люка. Эхо взглянула на крыши Локфорта, на кольца домов, освещённых фонарями и золотыми искрами, которые рассыпались в небе над головой, и её осенило, что она, возможно, ещё долго не увидит город. Эхо ощутила внезапный укол грусти и глубоко вдохнула, чтобы успокоить нервы.

Внизу протрубили королевские горны. Церемония, должно быть, уже достигла середины. Эхо должна была уходить, пока та не закончилась. Девочка положила руку на плечо, чтобы погладить Гилберта, и только тогда вспомнила. Она оставила его в спальне на время Церемонии Открытия Врат!

Эхо бросилась обратно к лестнице и сбежала по ступенькам, пересекла холл и вернулась в свою комнату, даже не останавливаясь перевести дух. Она должна была найти Гилберта, прежде чем кто-нибудь заметит её отсутствие! Эхо распахнула дверь в свою спальню.

— Гилберт, – прошептала девочка. Ох, где же он? – Гилберт!

Послышался шорох, и маленькая ящерица вынырнула из-под одеяла, растерянно моргая.

— Быстро, ко мне на плечо!

Гилберт встрепенулся, будто спрашивая: «Что? Сейчас?»

— Да, сейчас. Давай! – Фейерверки снаружи начинали взрываться всё чаще и чаще. Сколько ещё будет длиться шоу? Эхо подбежала и посадила Гилберта себе на плечо.

— Держись, – сказала она и выбежала за дверь, промчалась через пустой замок на крышу и обратно к дирижаблю. Не оглядываясь больше, она вскарабкалась к люку и скользнула внутрь, захлопнув крышку за собой, с бешено стучащим сердцем.

Оказавшись внутри дирижабля, Эхо заморгала, чтобы глаза привыкли к полумраку, а затем потрясённо задрожала.

— Гилберт, смотри! – выдохнула она.

По стенам змеились медные трубы. В задней части корабля на крючках над низкой кухонной тумбой висели гамак, видавшая виды эмалированная кастрюля и пара латунных биноклей. Перед большим окном в передней части были два потёртых кожаных кресла, приборная панель с множеством циферблатов и кнопок и большой штурвал из полированного красно-коричневого дерева со спицами. Настоящий воздушный корабль.

Эхо забралась в кресло пилота и крепко сжала штурвал обеими руками. Казалось, он идеально лёг в её ладони. Девочка посмотрела на приборную панель, и сердце в груди зашлось в бешеном ритме. Теперь, когда Эхо оказалась здесь, всё вдруг стало реальнее. И опаснее. Если бы только у неё было время составить план. Эхо внимательнее вгляделась в приборную панель. Как, во имя Локфорта, она сможет завести корабль? Тут было слишком много циферблатов, кнопок и рычажков. Пот выступил на лбу Эхо, и она откинула волосы назад, наткнувшись пальцами на рубиновую заколку. Эхо сорвала её и заменила на мамину шпильку. Она справится, она обязана была справиться.