Книга Ноктис 2: Отражения Вечности, страница 24 – Кирилл Грошков

Колодец издревле был окружён гладким каменным бортиком и вокруг него всегда, даже несмотря на время суток, собираются люди, торгуя, развлекаясь и зазывая к себе путников на постой.

Все ярусы Арканы держат толстые стены и монументальные колонны, уходящие в купольные своды. На каждом ярусе расположены невероятные по своей красоте колонны с монументами, героями, мужчинами и женщинами, стоящими во весь рост. Каждое малое чудо Арканы придавало городу неповторимый вид и оставалось в памяти побывавших в нем путников на многие десятилетия.

Снаружи город привлекал путешественников еще издалека, лениво выныривая стенами и переходами из морских пучин и светясь в сумерках как огромный улей светлячков.

Множество маленьких и больших башенок венчали верхушку города. Каждой отводилась, как под военную, так и под гражданскую службу, ведь ранее город был форпостом ныне почившей Империи Обеих Лун. От былого осталось лишь огромная наружная стена и ее редкие ответвления, шириной в добрый десяток метров. Через такую стену не пройдёт ни единый враг города-государства, что было пересечением всех южных торговых путей от далёкого Шпильграда до Калабриэнны. Богатый за счёт многочисленных запасов пресной воды, выходящей из недр, и жемчуга с ракушками, из которых предприимчивые граждане наладили качественное и множественное производство доспехов.

За стенами, тянущимися вправо и влево, то утопая, то всплывая из морской пучины, на подобии древнего океанского чудища, находились невысокие гряды скал с волнорезами, к которым, собственно, и принялся швартоваться величавый клипер.

Когда «Лезвие» причалило к пристани, Калист была одной из первых, кто ступил на твёрдую землю, сотканную из сотен тысяч оттёсанных булыжников. Девушка, несмотря на странные взгляды матросов, да и всех вокруг, сняла свои жаркие сапожки и прошлась по камню босыми ногами, возвращая душевное равновесие.

Со стороны это должно быть выглядело комично, однако творец всё не могла понять причин столь пристального внимания к ней со стороны местного люда, и, в особенности мужчин, что были одеты наравне с женщинами в самые настоящие юбки, обсыпанные перьями. Калист заметила, что чем больше их было, тем почтительнее общались с их носителем.

«Что такого? Я сняла обувь. И что с того? Вы глазеете на меня будто я голая.»

Калист даже осмотрела своё одеяние. Плотную (по меркам матросов) шпильградскую рубашку, приталенные штаны со шнуровкой по бокам, пояс с карманами, ужасно жаркую перчатку выше локтя и даже косы, цвета недавно выпавшего снега с синими лентами в них.

«Это странно.»

Девушка демонстративно отвернулась от очередного созерцателя, несущего перед собой огромный трёхъярусный поднос с сушёными фруктами и орехами. На его лице имелась традиционная шантийская тефи. Это несколько сбило с толку творца, хотя потом девушка заметила ещё нескольких явно не местных людей и, возможно даже, беженцев.

— Калист!

Девушка обернулась на звук голоса Мирко и улыбнулась этому уже родному наемнику.

— Да, Мирко?

Он подбежал к творцу запыхавшись. Калист показалось, что мужчина явно пробежал не меньше нескольких палуб корабля, стоящего за его спиной и сверкающего своими белоснежными парусами на жарком южном солнце.

— Фух, еле догнал… — Мирко протёр пот со лба и типично для себя ухмыльнулся. — Я хотел кое-что тебе сказать.