Книга Готика. Становление, страница 328 – Семён Нестеров

— Ксардас сделал много для нашего королевства, – продолжал волшебник, – даже слишком много… Его стараниями орден стал тем, чем является сейчас. Именно он дирижировал действиями герцога Георга, благодаря чему ему удалось получить титул короля Миртаны и соответствующее имя, знаменующее это великое достижение – Робар Первый. Ещё большее влияние Ксардас оказывал на его сына – Робара Второго. Единая Миртана не была бы возможна без участия Ксардаса, так что, вне всяких сомнений, его предательство не останется без последствий. Как отреагируют придворные, узнав о произошедшем? Как вельможи будут смотреть на короля, который был взращён на советах некроманта? Скоро ли они усомнятся в правильности его суждений? А не решат ли они, что и остальным членам ордена доверять нельзя? Я бы не хотел узнавать на практике ответы на эти вопросы. Для всех будет лучше, если Ксардас пропадёт без вести в поисках спасения для страны. И чем больше времени никто о нём не услышит, тем лучше. Пусть само его имя сотрётся из памяти. История постфактум расставляет всё на свои места, а сейчас не время для жестокой истины, ещё не время.

— Но почему же тогда не сказать просто, что Ксардас уже умер?

— Потому что это будет ложью. Я хотел бы, чтобы он умер и, как ты знаешь, даже приложил к этому немало усилий, но тем не менее, нет никаких весомых доказательств его кончины. К тому же, как ты себе представляешь такую новость? Великий магистр умер, не оставив преемника? – усмехнулся Корристо, – умер, в тот час, когда его присутствие так важно для Миртаны? Когда орды орков наступают с севера и с востока? Когда собравшие силы ассасины вновь зарятся на наши южные границы? Когда даже Западные горы начинают казаться не столь непреодолимыми, как раньше, и напуганные люди ждут, что и оттуда вот-вот нагрянет какая-нибудь нечисть? А то и вовсе подумывают, не стоит ли им самим туда перебраться, подальше от всей этой напасти? Нет, Мильтен, не время усугублять положение очередными дурными вестями. По крайней мере до тех пор, пока у магистра не появится достойный преемник.

— Что вы имеете в виду? – неподдельно удивился я, сбитый с толку обилием риторических вопросов, которыми завалил меня наставник.

— Я уже близок к пониманию структуры нашей темницы. Магический барьер – очень древнее заклинание, которое Ксардас поднял из глубин времён, выкопал из тайных архивов. Раньше, ещё в незапамятные времена до раскола мира, подобные магические щиты использовали для обороны городов, только защита была направлена не вовнутрь, а наружу. Источником энергии для нашего купола служат жилы магической руды, энергия той земли, которую он накрывает. Локально перераспределив магические потоки, можно создать брешь не за счёт грубой силы, как это планирует Сатурас, а напрямую лишив заклятье источника своего могущества. Именно поэтому я так тщательно изучаю рудные жилы. Ключом к нашему освобождению, также как и к победе над орками, может оказаться не добытая в шахтах руда, а руда, которая всё ещё остаётся в недрах.

— Но при чём тут Ксардас?

— При том, что если отступник всё ещё жив, то скоро умрёт, а стране необходим новый духовный лидер. Я знаю, что сейчас ближайшим советником короля стал Каррипто, мой старый приятель… и соперник. Даже дарованные нам имена схожи, такова была прихоть Инноса. Отвечу тебе на чистоту. Я собираюсь участвовать в выборах нового Великого магистра. Конечно, наверняка будут и иные кандидаты, но преодоление барьера будет именно тем свершением, которое докажет, что я достоин этого титула. Тогда, а не раньше, остальные маги должны узнать о судьбе Ксардаса, в том виде, в котором мы решим им о ней рассказать.