Книга Когти Тьмы, страница 103 – Семён Нестеров

Разговор начался спокойно, но уже через несколько фраз напряжение начало явно нарастать. Гаронд скрестил руки на груди, его пальцы сжались в кулаки. Наемник отвечал резко, голос его гремел, как далекий гром. Внезапно один из сопровождавших Гаронда, высокий детина с рубцами на лице, не выдержал и бросился вперед, замахнувшись кулаком.

— Хватит трепаться, каторжник! — рявкнул он.

Но наёмник не дрогнул. Ловким движением он развернул секиру, на которую до этого опирался, словно на трость, и воткнул древко ему прямо в живот. Тот захрипел, согнулся пополам, а следующий удар — уже ребром ладони по шее — отправил его на землю.

— Вяжите его! — проревел Гаронд, и его люди рванулись вперед.

Десять против одного — казалось, исход предрешен. Но Горн, а это всё же был он, развернулся, как медведь, окружённый псами. Секиру он демонстративно отбросил в сторону, и, повинуясь какому-то укоренившемуся глубоко внутри кодексу чести, его противники также не обнажили клинков. Первый нападающий получил локтем в челюсть с хрустом, второй — попытался пнуть Горна в колено, но сам свалился, когда, уклоняясь, бывший наёмник толкнул его под ноги третьему. Неожиданное препятствие в виде падающих тел создало сумятицу, в которой не все успели сориентироваться. Двое столкнулись лбами с громким звоном шлемов, и пока они ругались, пытаясь встать, наемник внезапно стянул у одного из них шлем и швырнул его в другого нападающего — тот едва увернулся.

— Осторожно, он быстрее, чем кажется! — крикнул кто-то сзади.

Но было уже поздно. Горн подхватил ещё один шлем, и, орудуя им словно разозлённая повариха сковородой, проломил строй нападающих. Один на ходу получил в зубы, другой — в солнечное сплетение, так что даже кольчуга не помогла, третий едва прикрылся рукой, и хруст костей разнесся по полю. Звон от ударов металла по броне тех рыцарей, что решили поучаствовать в задержании мятежника, огласил окрестности, словно набатный колокол.

Кровь тоже текла — но не рекой, а тонкими струйками из разбитых носов, рассеченных бровей. Никто не умирал, но синяки и ссадины покрывали бойцов, как клеймо позора.

— Он один! Взяли его! — завопил тот же здоровяк, что и начал схватку, бросаясь на этот раз со спины.

Горн резко присел, и нападающий пролетел над ним, врезаясь в своего же товарища. Еще двое схватили наемника за руки, но он рванулся вперед, волоча их за собой, и головой ударил третьего в переносицу. Тот рухнул, зажав лицо руками. Да, лучше бы он не снимал шлем во время переговоров.

Но силы были не равны. Кто-то ударил Горна сбоку кулаком в ребра, кто-то пнул под колено, заставив оступиться. Шлем, который он использовал в качестве аналога молота, выскользнул из пальцев и с глухим звоном упал на землю.

— Дожимай его!

Четверо навалились, прижимая к земле. Горн выгнулся, как дикий зверь, мышцы напряглись до дрожи. На мгновение казалось, что он вот-вот сбросит их всех — и действительно, двое отлетели, один даже кувыркнулся через голову. Но другие вцепились изо всех сил.

И тут подошел Гаронд, до этого не двигавшийся и наблюдавший за этой странной сценой со стороны. Без слов, с холодным выражением на лице, он выхватил из ножен меч так, что круглое наведшие рукояти со всего размаха ударила Горна в висок. Тот закатил глаза и рухнул, как подкошенный. Он был силён, но, физиологию не обманешь.