Книга Становление. Том 2. Путь мага, страница 91 – Семён Нестеров

Чтобы как-то отвлечься от мучивших меня раздумий, я решил всецело заняться делом, которое мне поручил старый алхимик. Предстояло отправиться в Старую шахту и уничтожить пару тварей покрупнее — ничего необычного, такое мне приходилось проделывать ни один раз, даже ещё не овладев магическим мастерством. В любом случае, трудно было представить что-то хуже, чем операция по очистке Свободной шахты от ползунов. Корристо, как и обещал, сделал для меня несколько свитков. Это были самые простые заклятья, условно называемые ледяной стрелой. Понятное дело, что от настоящей стрелы они отличались так же сильно, как и от огненной, а сравнение было чистой воды метафорой.

Мощность ледяной стрелы была невысока, но достаточна, чтобы заморозить отдельный орган ползуна. Пользоваться телепортацией для выполнения этого задания я не мог, не выдав наличия у магов резервного пути выхода из лагеря. Чтобы хоть как-то компенсировать такую неприятность, я решил по максимуму использовать все другие возможности и, наоборот, выставить свою миссию напоказ. Корристо, хоть и с неохотой, но разрешил мне обратиться к Гомезу.

Я не знал, что именно про меня рассказала барону Наталья, и не был уверен, что он будет расположен ко мне так же благожелательно, как в прошлый раз. Тем не менее, рано или поздно я всё равно должен был это проверить, поэтому смело переступил порог его приёмного зала. Живя в замке довольно давно и оказавшись в последнее время сравнительно частым гостем у Гомеза, я уже приблизительно ориентировался в его распорядке. Барон довольно поздно вставал и часто был с утра не в духе. Успев выпить за обедом пару бокалов вина, он, как правило, изрядно добрел, а самым лучшим временем для беседы, пожалуй, был ужин.

На самом деле просьба о содействии в деле с ползунами была лишь предлогом — той порцией информации, которая обосновывала мой приход и создавала видимость, будто я нуждаюсь в помощи, и тем самым ставлю себя в подчинённое положение. Такие люди, как Гомез, просто обожали, когда им подчинялись и признавали их преимущество. В кодексе магов такое свойство характера называлось просто — тщеславие, а для людей, находящихся под властью таких тиранов, это была просто печальная реальность, с которой приходилось сталкиваться и мириться каждый день.

Пользуясь привилегией своего особого положения, я пришёл к самому началу ужина. Помимо вышеперечисленных причин, мне просто хотелось вкусно поесть. Здоровый образ жизни и борьба с чревоугодием — замечательные девизы, но иногда хочется и какого-то разнообразия. На столе Гомеза такого разнообразия было полно. Казалось, что дубовые доски гнутся от тяжести поставленных блюд. С трудом верилось, что пять человек, сидящих за этим громадным столом в состоянии съесть весь распростёртый перед ними триумф кулинарной мысли. И, даже несмотря на старание Шрама и Арто, они, действительно, не могли.

Остатки доедали другие жители замка. Во-первых, наложницы, которым не позволялось есть с мужчинами — во время обедов они выполняли роль служанок или же развлекали баронов танцами. Во-вторых, остатки ели сами повара, до этого не имеющие возможности притронуться к своей стряпне, кроме как для дегустации, чтобы не испортить привлекательного вида всячески украшенных блюд. В-третьих, иногда что-то перепадало и некоторым стражникам, особенно, несущим караул в этом крыле. В общем, еда никогда не пропадала. Тем не менее, я чувствовал своим долгом помочь баронам в их борьбе против неравных сил наступающих с кухни горячих блюд и разносолов.