Книга Либелломания, страница 11 – Н. Мар

— А всего через пять лет вас повысят до обергаупткребса галет-бюро, — Звейг указал на пиктограмму рачка на вершине планктонной пирамиды. — Пройдёмте в мой кабинет. Язава, сними-ка шарфик. Я скоро закончу.

Все стены в кабинете фервольт-анвербеншефа, безмерные плечи которого облегал пиджак с напылением металлик, занимали дипломы и похвальные грамоты за вклад в корпоративную культуру фирмы.

— Здесь указано, что вы сменили десятки мест, а последние два года вообще нигде не работали, — цокал Звейг, листая резюме объёмом в повесть. — В чём ваше преимущество перед другими кандидатами?

— В творческом подходе к продажам, господин фервольт-анвербеншеф.

— И где же вы его применяли, например?

— Ну, я как-то торговал складными крименганами для скрытого ношения. И бандиты, чтобы выбить скидку, жаловались, что оружие недостаточно малогабаритно для своей цены. По правде, я был с ними совершенно согласен, но идти на поводу не в моих правилах. Тогда я написал на входе в лавку, что если ствол крименгана в сложенном виде длиннее члена покупателя, то мы продадим его за триста зерпий. А если короче, то за пятьсот, что было даже чуть выше старой цены. И знаете, жалобы прекратились, а все крименганы ушли за пятьсот.

— Хм! — Звейг разразился смехом. — Я впечатлён! Но, видите ли, Galettensklaven — дело семейное, и владельцы традиционно отдают предпочтение мухам. К тому же, у нас ограничены квоты на найм минори. Мне нужно убедиться, что вы нам действительно подходите.

При этом он достал из нагрудного кармашка фирменную винтажную авторучку.

— Видите эти дипломы? Я отбираю только самых способных. Поэтому, — он отвинтил колпачок и вытряхнул стержень, — я усложню вам задачу. Продайте мне эту ручку.

— Это моя любимая часть.

Дальше Язава смогла воочию наблюдать скорость реакции, о которой говорил Бритц. Через три секунды Звейг был примотан широким скотчем к изголовью кресла, причём ленты накрепко залепили ему нос и рот крест-накрест. А Кайнорт крутил в пальцах ручку без стержня:

— У Вас примерно минута, чтобы я успел провести трахеотомию в антисанитарных условиях. Итак, ручка? Или смерть от острой асфиксии?

Звейг краснел под скотчем, выпускал крылья и возил руками и лапами под столешницей в поисках кнопки вызова охраны. Пытался сдирать ленты с носа и рта… Но блестящие от пота ладони не слушались. Язава вжалась в стену с дипломами и закусила свой шарфик, чтобы не закричать. Звейг силился превратиться целиком, но мешали ужас и гипоксия, тогда попробовал встать, но не смог оторваться от кресла и только упал вместе с ним под стол.

Бритц ждал с дружелюбной улыбкой лучшего продавца месяца. Фервольт-анвербеншеф, уже фиолетовый, начал хлестать себя по пиджаку. Наконец оттуда выпал бумажник. Монетки раскатились по полу. Тогда острым концом корпуса ручки Кайнорт пробил Звейгу горло и протолкнул трубку в трахею. Послышался свистящий вдох, наружу брызнула кровь. Звейг со скотчем на лице хватался за кресло и судорожно всасывал ещё спасительного кислорода. Его мало поступало через ручку, но достаточно, чтобы дожить до охраны. Бритц поднял с пола монетку в ползерпии — примерную цену авторучки — и поместил себе в карман.

— Вызови охрану, — бросил он Язаве на октавиаре, — а то не получишь засахаренной требухи.