Книга Либеллофобия, страница 79 – Н. Мар

— Чего-то не хватает, — мурлыкнула она и разорвала борцовку на Флоше отточенными, как у сестры, ноготками.

— Какой странный у вас клуб филателистов.

— Кай! — Маррада подпрыгнула, как кошка от кабачка. — Мы… ну, раз ты здесь… Присоединяйся. Чан с аиром ещё свободен, ха-ха!

Коктейль плеснул на кеды маршала. Он стряхнул вишнёвые капли и поймал запястье бабочки:

— Пойду поздороваюсь, — Бритц залпом прикончил бокал Маррады.

Двое у чанов притихли. Их нервировал ровный голос рой-маршала и дребезжащие интонации Маррады. Лесли заволновалась: сжала и разжала пальцы над кожаным шнурком, покрутила головой в попытке сбросить повязку. Но почувствовала дыхание Бритца на своей щеке и перестала извиваться.

— Привет, иланг-иланг, — прошептал он, и возбуждённый слух гостей обострился до предела. — Какой твой настоящий аромат?

Бокал хрустнул о чан и зазвенел. По коже Лесли зацарапал острый край. Не больно. Ну… на грани.

— Ох ты… — выдохнула красавица.

Кайнорт подцепил осколком ниточку между треугольниками шёлка на её груди. Стекло оставляло белый след, царапая дорожку вниз по плоскому животу с едва заметным пушком. Бритц ещё не коснулся Лесли и пальцем, а она уже зашлась в конвульсиях. Усмиряя это пламя, Кайнорт поцеловал ей уголок глаза, выглянувшего из-под повязки. И мигом потерял интерес. Игнорируя Лесли и Марраду, он шагнул к другому чану.

— Привет, Phthirus pubis, — он шлёпнул Флоша по ягодице в модных боксерах и подтянул его узлы потуже.

Рой-маршал был высок, но капрал оказался каланчой. Кайнорт деликатно приподнялся на цыпочки. Стоя так, носок к носку на мысках своих белоснежных кед с каплями коктейля, Бритц поцеловал Флоша с чудовищно натуральной страстью. Запуская пальцы ему в волосы, царапая эмалью об эмаль, разрывая губные уздечки.

— Кай! — восхищению Маррады не стало предела. — Ты больной на всю голову! Ты правда это сделал? Ха-ха! Нет, ты совершенно больной!..

Кайнорт оторвался от ошалевшего капрала. Взял Марраду за руку:

— Пойдём.

— Куда?

Он потащил её наверх, оставив гостей ждать на привязи. Маррада прихватила с собой новый бокал и взлетела на первый виток лестницы.

— Постой, да куда мы?

— Хотел сказать тебе кое-что личное. Не при всех.

Он закурил на ходу. Аромат масел поднимался от чанов, туманил бабочке голову, сигаретный дымок кружил перед глазами, мелькали кованые узоры. Маррада ухватилась за перила, но рука Бритца легла ей на талию и настойчиво увлекла выше:

— Мне нужен идеальный вид, понимаешь?

— Вид на что?

Третий виток. Над головой купол смотрелся в небо, как в оранжерее. Ради звезды его очистили от пепла, и свет падал на лица двоих мягким кружевом. Кайнорт положил руку с тлеющей сигаретой на край перил, а другую на шею Маррады.

— Ну, говори! — ей не терпелось.

— Во-первых, чувства вернулись, — его пальцы приласкали затылок любимой. — Но это пустяки. А во-вторых…

Щёлкнула пружинка керамбита. Кончик лезвия уколол кожу и подцепил на себя бугорок позвонка. Голова Маррады оказалась будто на рыболовном крючке: дёрнешься — и парализует.

— Во-вторых — всё. Это всё, Маррада.

— Кай! Что ты де… Пожал… пусти!

Лезвие направило голову бабочки вниз, и ей пришлось припасть к самому краю перил. Снизу дохнуло смесью афродизиаков. Последняя затяжка. Сигарета с края поручня полетела вниз: в чан, к которому был привязан Флош.