Книга Предречение, страница 202 – Артем Барабашкин

Корнелио упал на Фелицию, но из последних сил уперся на локти, рассматривая свою возлюбленную, только начавшую отходить от упоительного наслаждения.

Они лежали, прижавшись друг к другу, и старались не думать обо всех тех бедах, что ждали их впереди.

— Я нарушил обет безбрачия, который дал в монастыре, – прошептал Корнелио, играя с волосами Фелиции, которые уже приняли обычный облик.

— У тебя был выбор, когда ты его давал?

— Нет, но это не отменяет того, что я его нарушил.

— Ты жалеешь об этом?

Корнелио задумался, а затем улыбнулся и коснулся её губ. – Об этом я не пожалею даже на суде Экхалора.

— Сейчас нам надо поспать, – Фелиция уткнулась в грудь Корнелио. – Утром нас ждут обязательства перед Предвестником.

— Это был самый необычный День Скорби в моей жизни, – Корнелио смотрел на звезды, которые проступали сквозь рассеивающиеся тучи.

Корнелио окончательно предал церковь, нарушил обет безбрачия и доверился полудемону. Эмоции бушевали, он чувствовал стыд и презрение к самому себе, и , одновременно, боялся ощутить отсутствие чувства вины за содеянное. Он молился Экхалору, содрогаясь от того, что он упоминает имя Господа своими греховными устами.

Вместе с Фелицией они шли дальше, продираясь через густой лес, укутанный синеватым сумраком. Солнце редко заглядывало через плотную листву. Следы упадка природы были повсюду. Листья шумно опадали на землю, трава под ногами жухла на глазах.

— Мне бы сейчас в Кристополь. Рассказать обо всем верховному инквизитору. Он, конечно, меня повесит, но они хотя бы серьезное сопротивление оказали главе демонов. Ты не сможешь открыть портал до столицы?

— Нет. Совершать дальнюю телепортацию без камней силы очень сложно. Я провернула это в Чермолане и исчерпала силы. В этом я тебя не обманывала.

— Я надеялся, что силы демона более могущественны.

— Ты же решил держаться подальше от моей магии?

— Раньше надо было. – Корнелио пристально посмотрел в глаза магички.

— Что? – спросила Фелиция.

— Только меня могло угораздить влюбиться в демона.

— В полудемонессу, не забывай, – с напускной серьезностью заметила магичка и рассмеялась.

«Неужели конец мира близок? Иначе зачем Экхалор послал Предвестника? И Предвестник ли этот мужчина? Но будь он обманщиком, его бы не испугался Роадранер. Или это игра? Предвестник появляется в Эпангелиасе лишь для того, чтобы возвестить о кончине мира…»– тяжелые мысли мучили Корнелио на протяжении всего пути по лесу.

Левой рукой, на которой не осталось и следа раны, он сжимал нательную молнию, моля Экхалора о спасении. В те редкие минуты, когда охотник спал, его будоражили тяжелые сновидения. Красный и белый драконы, Анжелос и Предвестник. Церковь из черного камня, с перевернутой молнией на куполе, смеющийся Роадранер и музыка. Тяжелые звуки, похожие на глухой стук барабана, перемешавшийся со звуками церковного органа. В конце этих сновидений неизменно возникала голая беловолосая женщина. За её спиной висели сложные механизмы. Вверх поднимались каменные своды пещеры, а обстановка напоминала древний подземный храм. Корнелио чувствовал силу этой необычной женщины и дрожал перед ней. Обычно в этот момент его лба касалась рука Фелиции, которая была обеспокоена лихорадочным сном охотника и Корнелио просыпался.