Книга Предречение, страница 163 – Артем Барабашкин

Бартоломео запрыгнул в гондолу и закрыл люк на кильферму. Двигатели заревели, толкая дирижабль вперед, одновременно воздушный корабль продолжал набирать высоту. Тони вместе с Бартоломео отправились в кабину, где старый майор сел за приборную доску. Капитан выглянул в боковой иллюминатор гондолы. Среди оставшихся воздухоплавателей началась драка, они начали стрелять друг в друга. Дирижабль, который нес актера, продолжал подниматься, но его двигатель молчал.

— Смотри, Бартоломео! – Тони ткнул пальцем в иллюминатор, больно стукнув палец о стекло. «Как глупо, совсем как ребенок!» – с досадой подумал капитан.

— Среди наших людей затесались революционеры. Вся надежда лишь на то, что реставристы одолеют бунтовщиков и мотор их дирижабля запуститься, – Бартоломео покачал головой.

Тем временем революционеры одолели своих противников на причале и побежали к «Бетами-рехи». Через несколько минут огромный дирижабль поднялся в воздух.

— На нашем дирижабле есть легкая кулеврина. Она установлена на марсовой площадке. Второй люк, – отрывисто скомандовал Бартоломео.

Тони захватил из гондолы порох и картечь, взбежал по металлическому трапу на кильферму. Марсовая площадка была застеклена, поэтому ветер не помешал Тони зарядить длинную золотистую кулеврину. Но когда капитан отодвинул стеклянную дверцу в сторону, бешеный ветер ворвался на площадку. Тони скинул фуражку в распахнутый люк гондолы и установил дальномер. «Оболочка с газом у «Бетами-рехи» уплотнена, но выстрел кулеврины вряд ли выдержит».

Тони поджег фитиль, но картечь не пролетела и половину расстояния. К сожалению, других снарядов кроме мелкой картечи на дирижабле не оказалось, поэтому, Тони мог только наблюдать за сближением.

Зрелище разворачивалось поистине захватывающее. Реставристы запустили двигатель среднего дирижабля, и он дал солидный крен в сторону башни. «Бетами-рехи» прошел ровно над ним и сбросил несколько бомб. К счастью, они не попали по заполненной водородом оболочке и пролетели вниз. Где-то в городе распустились цветки взрывов.

«Очевидно, император уже не нужен им живым», – подумал Тони, припав глазом к дальномеру. Огромные воздушные корабли быстро разошлись, закрыв обзор белым густым дымом. Бартоломео неожиданно начал снижать высоту, дирижабль покачнулся, и сменил направление на западное, в сторону исполинских труб Императорского завода. Тони открыл стеклянную дверцу позади себя, перекатил кулеврину по рельсам, установленным по кругу марсовой площадки. «Бетами-рехи» набрал высоту, из-под его немалой гондолы вылетело несколько планёров. Один из них врезался в водородную оболочку дирижабля с фальшивым императором. Громкий хлопок заставил Тони зажать уши, а через секунду дирижабль взорвался. Огненная волна в мгновение разошлась по оболочке, обнажая металлические остовы. Остатки горящей материи устремились вниз, вместе с пылающей гондолой, оставляя за собой черную трубу дыма. Тони приложил руку к сердцу и прикрыл глаза, мысленно проклиная революцию. Гондола врезалась в жилые дома.

Тем временем «Бетами-рехи» развернулся в их сторону. Очевидно, они не хотели упускать реставристов. К счастью, они были достаточно далеко от огромного дирижабля, но три планера, поднявшиеся на восходящих потоках воздуха, устремились в их сторону. Теперь только от Тони зависело, разделят ли они судьбу сгоревшего воздушного корабля.