Книга Судьба наёмника, страница 311 – Сергей Воронов

Как только все были готовы, Сэймар вывел их на нужную тропу. От вчерашнего веселья, что царило под вечер, не осталось и следа. Путники шли в полном молчании, напряжённо вглядываясь в болотные дали и прислушиваясь к жизни этих мест.

И чем ближе они были к окраинам Тенистых Топей, тем чаще из их недр, самого сердца болот, доносились громкие крики и завывания.

Несколько раз Хазарду показалось, что он слышал знакомые голоса, зовущие его. Энвил, Злотан, Розетт. Он слышал голоса матери и отца, просящих о помощи, просящих вернуться.

«Я не вернусь. Подобно этим топям, я пропаду в старой жизни. Ненужный и бесполезный там, я смогу принести больше пользы здесь, в бою», — мысленно отвечал наёмник.

— Они зовут меня. Алистра и… Все. Я слышу их. — Энрик крепко держался за брата. Голос воина звучал надломленно, по его щекам скатывались крупные слёзы, но с поддержкой брата он уверенно шёл вперёд.

— Знаю, Рик. Я тоже слышу, как меня зовут. Но мы оба знаем, что это невозможно, правда?

Энрик кивнул.

— Невозможно…

— У нас остались только мы и отец. Никто нас не зовёт, брат. Никто… — Кирен звучал непривычно глухо. И, когда он думал, что никто этого не видит, смахнул с глаз слёзы.

— «Тропа памяти», мы вышли на неё. Это тяжёлое испытание, но не верьте тому, что слышите, чтобы не звало вас обратно в Топи, вы найдёте там только смерть. — Предупредил Сэймар.

Путники двигались, погружённые в свои мысли, стараясь сдерживать эмоции; с каждым шагом это становилось всё тяжелее.

— Какая же я мразь… — негромко выругался Фейрлинг, шумно втянув воздух, — но я отплачу свой долг, клянусь вам, я отплачу.

Артира в какой-то момент заметно ускорила шаг, не говоря ни слова.

Эйлин и Фэритика шли рядом, обнявшись, и, как показалось наёмнику, вместе читали одну молитву.

Понимая, что сейчас каждый из путников слышит близких друзей и родных, Хазарда удивило поведение Милеса. Южанин шёл легко, не скрывая на своём лице улыбки, которую не часто можно было увидеть. Открытую, искреннюю, почти блаженную.

Отвлекшись на Милеса, Хазард вздрогнул, услышав, как болото обратилось к нему голосом сестры.

Слыша её мягкий голос, призывающий вернуться, восхищённый тяжёлым путём, который ему удалось пройти, Хазард тяжело вздохнул.

«Прости, Мелисса. Твой брат не стал тем, кем хотел, и не смог сделать, что обещал. Пускай я лучше погибну для тебя героем, чем буду жить тем, кто я есть».

Последние нити прошлой жизни были оборваны. Наёмник счёл забавным то, что в этом ему помогло одно из самых жутких мест, где он когда-либо был.

Тлеющие угли воспоминаний вызывали несильное, но продолжительное жжение в душе, выжигая при этом последние мысли и желания вернуться домой.

Голоса болот постепенно угасали, не в силах удержать путников. Цепкая, вязкая хватка этих мест тоже заметно ослабела. Несмотря на давящий запах сырости и плесени, дышать, казалось, стало легче.

— Мы почти вышли из Топей, — подбадривал Сэймар.

— Без вас мы бы сгинули в этих местах.

Благодарность Фэритики прозвучала для наёмника уколом в его сторону, несмотря на то, что идти через топь пришлось не по вине Хазарда; это был один из вариантов маршрута, который предлагал он.

— Помощь вам — честь для меня. — Сэймар низко склонился перед Фэритикой. — Как только мы выйдем отсюда, я сделаю всё возможное, чтобы скорее добраться до Войтэса и подготовить вашу встречу у Врат Высшего.