Книга Семья, страница 40 – Алексис Опсокополос

Герцог подошёл к куполу на расстояние примерно двух метров, и я сразу же, несмотря на защиту купола, почувствовал себя неуютно. Оно и неудивительно — когда смотришь снизу вверх на разъярённого четырёхметрового боевого мага, всегда ощущаешь некий дискомфорт, а уж когда знаешь, что он хочет тебя убить, тем более.

Эджертон поднял руки, направив их открытыми ладонями в нашу сторону, и выпустил из них два еле заметных энергетических потока. Соприкоснувшись с поверхностью купола, они образовали на ней что-то похожее на пятно — переливающееся всем цветами радуги, подобно бензиновому пятну на луже. И пятно это становилось всё больше и больше. Достигнув примерно пяти метров в диаметре, оно перестало расширяться и помутнело. Через эту часть купола уже ничего нельзя было разглядеть изнутри.

— Что он делает? — спросил я.

— Пытается ограничить часть купола, сконцентрировать все свои усилия на ней и сделать её максимально уязвимой, — ответила бабушка. — Чтобы потом в это место нанести удар.

— Насколько это опасно?

— Ни насколько. Это заклятие, наложенное на часть купола, ослабит не только нашу защиту, но будет гасить вообще любое магическое воздействие, в том числе и проходящие через него боевые заклятия.

— Сильно?

— Достаточно. Можно сказать, оно заменит собой нашу защиту и не пропустит внутрь купола ничего магического.

— Но в чём тогда смысл? — удивился я.

— В возможности нанести физический урон, — пояснила бабушка. — По сути, в этом месте на куполе только защита от физического урона и останется, а её при определённом раскладе можно и пробить. И, скорее всего, это дело Гарри поручит тому клоуну в золотом костюме. Но каким бы сильным магом тот ни был, его молота не хватит, чтобы пробить нашу защиту от физического урона. Там нужно именно бить — сильно и чем-то покрупнее молота.

— Думаете, Эджертон сам не попробует пробить?

— Нет, ему нужно постоянно питать своей энергией захваченный участок купола. Опустит руки — всё начинать заново.

— Надеюсь, всё так, как вы говорите, и это действительно не опасно, — сказал я.

— Я тоже на это надеюсь. Потому как в целом идея неплохая, и я вынуждена признать, что Гарри всё же немного поумнел за последние сто лет. Но чтобы пробить нашу защиту от физического урона даже самого большого молота не хватит, она выстрел из гранатомёта выдержит, и не один. Поэтому…

Бабушка осеклась, и я увидел то, чего никогда до этого не видел — глаза княгини Белозерской в прямом смысле этого слова полезли из орбит от удивления. Мне хватило и этого зрелища, чтобы мне стало не по себе, но я всё же быстро обернулся и посмотрел в направлении взгляда бабушки. И тут же обалдел. Другого слова здесь было не подобрать — разве что менее цензурный аналог этого.

И обалдеть было с чего — по осколкам разрушенных стен, по тому месту, где раньше располагалась арка, во двор въезжал тяжёлый танк.

— Да он вообще охренел! — совсем не аристократично воскликнула бабушка, которая не стала утруждать себя подбором приличных слов для выражения переполнивших её эмоций. — Я теперь, если выживу, в Лондон на танке заеду! Сровняю с землёй Букингемский дворец! Тойво, меняемся! На тебе купол, на мне урон!

— Слушаюсь! — донёсся откуда-то из-за спины голос Тойво.

Танк не спеша въехал во двор, подрулил к тому месту, где стоял Эджертон, и остановился. Большая часть англичан покинула двор, а примерно с десяток магов, и в том числе Ли, наоборот, подошли поближе к танку — видимо, планировали как-то помогать атаке.