Книга Шапка Мономаха, страница 91 – Алексис Опсокополос

— Мне нужен Ваш студенческий билет, — сказала красавица. — С паспорта я сняла копию, но билет лучше предъявить в оригинале.

— Кому предъявить? — не понял я.

— В дирекцию Государственного музея, — пояснила Айше. — Я сейчас поеду оформлять Вам допуск в музей и его хранилища, чтобы Вы могли попасть туда на выходных и близко ознакомиться с интересующими Вас экспонатами.

Я быстро достал из кармана студенческий билет и протянул его Айше, она забрала документ и с сожалением произнесла:

— А выходной в музее уже завтра.

— Это плохо?

— Если не успею сегодня оформить допуск, то не очень хорошо — придётся ждать неделю до следующего выходного.

— А в обычный день туда нельзя попасть?

— Можно. Но только в часы работы музея — с девяти до девятнадцати. При скоплении народа Вы сможете посмотреть на интересующие Вас предметы лишь с расстояния. А в выходной в музее никого, кроме охраны, нет. Понимаете, что это значит?

— Понимаю, — ответил я. — И, конечно, лишнюю неделю здесь сидеть не хотелось бы.

— Поэтому я постараюсь сделать допуск сегодня и избавить Вас от такой необходимости.

— Благодарю Вас, госпожа Доган.

— Для тебя Айше.

Это было неожиданно — такой резкий переход на ты. Я, признаться, растерялся, а восточная красавица улыбнулась и посмотрела на меня таким чувственным взглядом, что у меня к горлу подкатил ком.

— Ты же не студент, зачем нам эти формальности? — негромко произнесла, практически прошептала, Айше, посмотрела мне прямо в глаза и снова улыбнулась.

— Незачем, — ответил я и улыбнулся в ответ.

Она смотрела на меня, я — на неё. Теперь я позволил себе рассмотреть госпожу Доган очень хорошо.

Несмотря на мой ещё довольно молодой возраст, я видел уже много девушек и женщин. Видел красивых, при виде которых на лице невольно возникает улыбка, которыми хочется любоваться и любоваться; видел сексуальных, чей вид заставляет учащённо биться сердце, кого хочется поскорее затащить в постель; но Айше не принадлежала ни к тем ни к другим.

Она была красива, сексуальна, но помимо этого, в ней была ещё невероятная убийственная харизма и какая-то тайна. Айше больше всего походила на эдакую femme fatale — чарующую, сводящую с ума, желанную, но при этом неприступную и загадочную. При виде такой женщины многие мужчины чуть ли не теряют рассудок и готовы сделать всё, что она попросит. Не ради секса или расположения, а просто потому, что она попросила.

«Надо очень любить искусство, чтобы с такой внешностью и харизмой работать помощницей директора музея, — подумал я. — Или это не основная её работа».

Красавица тем временем снова улыбнулась и посмотрела на меня уже по-другому — словно пыталась во мне что-то разглядеть. Она протянула руку к моему лицу, осторожно провела пальцами по моей левой щеке и произнесла всё тем же тихим бархатным голосом:

— Ты мне сильно кого-то напоминаешь, но вот не могу понять, кого.

Руку от моего лица Айше не убрала — так и продолжала держать ладонь на моей щеке и смотреть мне в глаза, обезоруживающе улыбаясь. Сердце моё забилось чаще, и меня бросило в жар. Это было удивительно и непривычно.

Сначала я ничего не мог понять, а когда разобрался, то пришёл в восторг от этой женщины. Как же здорово она работала, с каким профессионализмом всё провернула. Я даже невольно улыбнулся от восхищения. И, чего уж греха таить, мне было приятно, что я её раскусил.